\

Группа на меду у нас осталась за контрольную. ПранСида со слезами на глазах подпитывала бабочек своей силой, замечая, как они слабеют на неподходящем питании.

Для шелкопрядов пришлось соорудить несколько больших клеток из редко расположенных прутьев, чтобы перевозить и при этом защитить от птиц, которым здоровенные жирные, но неповоротливые существа казались легкой добычей. К тому же, я боялась, что в отсутствии солнечного света шелкопряды могут захиреть. Да и необходимость все время переезжать доставляла проблемы. ПранСида вздыхала, а я подсчитывала потери, утешая себя тем, что даже пара выживших бабочек сможет отложить сотни новых яиц.

Спасение нашлось случайно. Когда мы переехали в очередной раз, я заметила, что оркские дети повадились рвать на берегу АрдХалиф высокие склоняющиеся к воде стебли какой-то травы и жевать их. Оборванные листья и пережеванные части стеблей валялись по всему становищу, их лениво подбирали козы и коровы, а меня раздражал мусор.

— Так трава сладкая, вот они и жуют, — пожала плечами АнлиФаркуда в ответ на мое возмущение.

— Сладкая трава? — насторожилась я.

— Да. По весне, когда сок поднимается, очень сладкая. А потом жесткая становится, не разгрызешь. Женщины тоже скоро рвать начнут, чтобы на брагу поставить.

Разумеется, я немедленно полетела на берег, чтобы самолично срезать стебель с длинными вытянутыми листьями и полым стеблем, на котором немедленно появился сладковатый на вкус сок. Велев мужчинам порубить стебель на мелкие кусочки, залила его небольшим количеством воды и поставила в клетку с самыми чахлыми бабочками, которых все пытались подсадить на сладкий картофель.

Кажется, наличие в нем крахмала им не понравилось, поэтому как раз можно было попробовать другой вариант.

Через три дня ПранСида прибежала ко мне с радостной вестью, что бабочки активно пьют настой на сладкой траве и уже начали свои брачные игры.

— Оказалось, что те, у которых по четыре черных пятнышка на крыльях — это мальчики, а те, что однотонные — это девочки, а я-то не знала, как определить, — просвещала меня она.

— Отлично, — кивнула я задумчиво. — Теперь надо будет только уберечь их потомство и вычислить, кто из гусениц какого пола.

Потом будем стараться брать коконы в основном у мужских особей, а женских оставлять на развод.

— Как у куриц, — хихикнула ПранСида.

— Куриц, которые принесут нам золотые горы, — покивала я.

Только вот оставался еще один вопрос, который я пока еще не продавила. У Соколов, хоть они и полагали иначе, на самом деле была просто-таки золотая земля. Несмотря на прошедшее время, наследие дриад, которые когда-то жили здесь, сохранилось, пусть и одичало.