\

Мы находим свой ритм, помогая друг другу, поддерживая и страхуя от опасности. Еще один шаг, я разрезаю воздушные потоки перед нами, чтобы быть в силах двигаться вперед, Кирим прикрывает с боков, осталось совсем немного.

Буря ярится еще сильнее, пытаясь сбить нас с дороги, запутать. Кирим вдруг останавливается, замирает, глядя куда-то мимо, пропускает очередной удар, но я страхую и отбиваю порывом ветра. Он дергается в сторону, но я хватаю за плечо:

— Куда ты⁈ — кричу, пытаясь донести свой вопрос.

— Там Амир! — он пытается сбросить мою руку, дергается, но в то же время будто сомневается, не верит, что видел своего сына.

— Это иллюзии, которые наслал призрак, не смотри! — велю я и, подхватив его за руку, тяну дальше в укрытие.

То там, то тут за границей бури видятся мне неясные силуэты: то Артурчик, мой муж, целуется со свей любовнице, и злость поднимается в моем сердце. Хочется рвануть туда, врезать козлу и оттаскать за волосы его мымру, но я с усилим воли отворачиваюсь и, сцепив зубы, пру вперед. То вижу Бранлиса, истекающего кровью с мечом воткнутым в живот, который тянет ко мне руку и умоляет о помощи. И только теплая рука Кирима удерживает меня от опрометчивого шага.

Уже совсем близко к укрытию я вижу мужчину в возрасте в костюме-тройке с мальчиком на руках и молодой женщиной рядом. Они так смотрят друг на друга, что сразу понятно — семья. И неожиданно огромная глыба льда нависает над ними, готовая упасть и уничтожить. Почему-то от этой картины безумно сжимается сердце.

— Что там? — кричит на ухо Кирим, обнимая меня за плечи.

— Не знаю… не знаю… — с трудом встряхиваю головой и все же пробиваю путь до самого убежища.

По узкому коридору в воющем безумии шторма мы бежим, не глядя по сторонам, Кирим вырывается вперед и тянет меня за руку, но в последний момент магический коридор все же обваливается, и на меня успевают обрушиться мелкие ледяные осколки.

Кирим дергает меня за руку, затягивая в наше убежище, прижимает к себе, делясь теплом.

— Что это было? — кричит он, и только потом осознает, что здесь ветра нет, он воет за границей очерченного участка, и мы можем разговаривать.

— Магическая буря, — растерянно отвечаю я.

— Как ты? Что-нибудь болит? — он отодвигается от меня, заглядывает в лицо и с жалостью проводит пальцем по щеке.

Я мощусь от боли. — Тут царапина, — поясняет он, сбрасывая с себя шарф.

Я растерянно смотрю на него: на лбу ссадина, губа разбита, будто подрался. Стряхиваю иней с черной челки и замираю удивленно.

— Что? — не понимает он.

Я же аккуратно вылавливаю одну из льдинок из его волос, от соприкосновения с моей теплой кожей она тает, но на пальце остается крошечный кусочек, будто осколок желтого прозрачного стекла.

— Это крылья сильфиды, — потрясенно выдыхаю я.

— Что? Как? — не понимает Кирим.