\

Люди — не сильфы, их мозг не может и не должен работать в таком режиме.

— Так было нужно, — ответил он, прикрывая глаза.

Кажется, благодаря этой синхронизации мы поняли про друг друга больше, чем при всем прошлом общении. Мы будто увидели друг друга по-настоящему, без проекций и прикрас."

"Кириму потребовалось с полчаса, чтобы прийти в себя, хотя руки его все еще дрожали, а, когда он встал, пошатываясь, я испугалась, что упадет, и приобняла за талию, поддерживая. А дальше мы творили магию. Основное плетение походило на большой ловец снов: жесткая округлая рама, заплетенная извилистым рисунком из нитей силы.

На каждом перекрестье — сложный узелок-заклинание, в одном ряду одно, в другом — другое: стабилизирующие, усиливающие, ослабляющие внешние влияния, собирающие ветер в едином отверстии по центру, будто пылесос. Наконец, внутренний круг, оканчивающийся заклятьями, обрывающими все влияния, все привязки, все заклинания. Любой магически заряженный предмет, проходящий через отверстие в центре, должен был лишаться сил хотя бы на несколько десятков секунд.

Дальше очередь Кирима, он создал огненный шар, но не обычный, которые подпитывались его силой, а сложносочиненное заклятье, которое позволяло создать почти вечный огонь, идеальный шар, стабильный и негаснущий, питающийся одним только воздухом.

Этот шар мы закрепили прямо за отверстием, он должен был помогать на первом этапе очищения.

Наконец, последняя вязь была самой сложной и требовала совместных знаний и умений. Воздушные петли чередовались с огненными, сила Земли стабилизировала плетение, позволяя ему не рассыпаться. Я вся взмокла, пока воспроизводила сложную схему, а Кирим и вовсе держался на одном честном слове, ведь магия Земли ему давалась куда хуже, чем огненная, магические нити все норовили вырваться из пальцев или оборваться.

Наконец, все три слоя сложносочиненной воронки были готовы, осталось связать все вместе и активировать, точечно и одновременно послав импульсы всех трех участвующих стихий.

Мы замерли, стараясь не дышать. На миг показалось, что ничего не получилось: плетение задрожало, задергалось, будто готовое разорваться на куски. Я приготовилась поставить щит… но вязь стабилизировалась и засияла ровным желтым светом с огненным центром и зеленоватыми переливами.

— Последний штрих, — пробормотала я и, подхватив магией осколок желтого стихийного камня, который удалось добыть из ледышки, наполнила его своей энергией и отправила в сторону нашего плетения.

Камешек должен был пролететь по краю, но, едва он приблизился, как его притянуло к внешнему контуру, будто магнитом. Направление движения сменилось, он пролетел по спирали к центру, завис на последнем круге, пытаясь вырваться, а потом влетел прямо в огонь.