\

Отец Михаил приплывал туда с князем на необычном самоходном судне. Князь забрал сирот под своё попечение, а отец Михаил остался в Томске. Где много раз проводил службы в Церкви Вознесения Господня. Все службы сопровождались массовым выздоровлением прихожан.

— Службы он вёл как обычно? — Спросил Павел. Была же причина, по которой его сын напросился к этому священнику в ученики. Здесь явно не обошлось без влияния князя.

— Не совсем обычно. — Подтвердил его догадку обер-прокурор. — Вопреки традициям, он читает молитвы на современном русском языке, утверждая, что церковнославянский язык не способен донести истину до людей, а лишь сумятицу создаёт и непонимание в их головах.

— А ведь правильно говорит. — Согласился Павел. — Никогда не понимал необходимости обращаться к богу на языке, который мне непонятен. Неужто бог не поймёт меня, говори я на русском?

— То не мне судить, Ваше Императорское Величество."

"— Вот именно! — Подчеркнул Павел. — А так как в Святейшем Синоде за мной последнее слово остаётся, распорядитесь, чтобы все материалы комиссии ко мне тоже попали. И послание из Томска мне доставьте.

Хочу лично с ним ознакомиться.

— Будет исполнено, Ваше Императорское Величество. — Поклонился граф. — Я вам больше не нужен?

— Нет. Можете идти, Дмитрий Иванович.

— Лопухин, Пётр Васильевич! — Сразу, как только ушёл обер-прокурор, доложил секретарь.

— Зови. — Последовал короткий ответ Павла. — Как у вас продвигается реформа, Пётр Васильевич? — Спросил он вошедшего мужчину.

— Как я и предполагал в самом начале, основная трудность — это толковые подчинённые. Много времени уходит на проверку вновь набираемых людей. Отсев кандидатов тоже значительный.

Хотя, мы более благосклонно относимся к отсутствию грамотности и происхождению. Согласно вашему пожеланию. Однако, необразованные люди чаще всего глупы или жадны до денег оказываются.

— Я примерно так и представлял начальное течение дел, когда вновь организовывал Тайную Канцелярию. — С лёгкой улыбкой ответил Павел. — Вы же внимательно ознакомились с теми рекомендациями, что я вам дал? — Улыбка пропала, и в Лопухина опёрся пристальный взгляд.

— Естественно, Ваше Императорское Величество. Изучил очень внимательно и даже с неким восхищением от столь продуманного плана.

— Тот выдержал взгляд императора, понимая, что сейчас не стоит отводить глаза.

— Это всего лишь наброски. — Павел вернул улыбку на лицо. — Для запуска в дело основного плана вам предстоит проделать ещё много работы по отсеиванию кадров, даже тех, что уже прошли проверку придётся проверять не раз и не два. У них должна появиться уверенность, что, являясь самой могущественной силой в империи, они сами не становятся неприкасаемыми, а находятся под постоянным контролем.