Фея Изумрудного Города

Прожорливых птиц привлекали зрелые золотистые колосья, но каждый раз, когда какая-нибудь отчаянная птица пыталась опуститься на землю, ее что-то отпугивало.

— Элли! Элли! — вновь донесся голос.

— Страшила… — прошептала Элли, не веря своим глазам. — Милый мой Страшила!!

Она соскочила с пони и побежала через ржаное поле.

В самом деле, на покосившемся шесте сидел Страшила, радостно размахивая руками. Но как же он изменился! Вместо привычного Элли простого кафтана и остроконечной шляпы сейчас на Страшиле были надеты зеленая куртка с желтыми бантами, похожие на арбуз штаны и плоская шляпа с колосьями пшеницы вместо пера. Однако дождь и солнце сделали свое дело, и некогда красивый костюм бывшего правителя Изумрудного города превратился в жалкие лохмотья, так что из дыр то там, то сям торчала солома. Аккуратная прежде бородка выросла почти до пояса, волосы торчали из-под шляпы в разные стороны и колосились. Левый глаз Страшилы полностью смыло водой, да и правый был открыт всего наполовину. Зато рот уцелел, и потому Страшила мог улыбаться и вопить:

— О-ля-ля! Моя Элли вернулась! Ура, ура, ура-а-а! Я всегда говорил, что Элли вспомнит своих друзей и навестит их хоть один раз!

Элли осторожно сняла Страшилу с шеста и прижала к груди, не скрывая слез радости.

— Страшила… мой милый, добрый друг… Все-таки я увидела тебя…

Виновато кашлянув, к ним подошел Дровосек. Опустив голову, он пробормотал:

— Прости меня, дружище, если можешь. Проклятая колдунья совсем закружила мою глупую железную голову! Она поссорила нас, чтобы завладеть Изумрудным городом, а затем и всей Волшебной страной.

Страшила кивнул с важным видом:

— Я давно это понял, сидя здесь, на колу. У меня было много, очень много времени для размышлений, и я пришел к а-на-ло-гич-ным выводам.

Дровосек с уважением посмотрел на соломенного друга. Таких длинных и умных слов он не знал.

— Не знаю, что такое «а-на-ло-гич-но», — сказал он, — да и не моего железного ума это дело. Я одно хочу знать — ты прощаешь меня, Изумрудик?

Страшила радостно воскликнул:

— Ес-тест-вен-но! Ура Дровосеку!

Отбросив топор, правитель Фиолетовой страны, словно мальчишка, бросился в его объятия.

Когда восторги старых друзей поутихли, Элли спросила с сочувствием:

— И что же ты делал, уйдя из Изумрудного города?

Страшила вздохнул:"

"— О, это было грустное время… Я шел по дороге, вымощенной желтым кирпичом и вспоминал, вспоминал, вспоминал… Мои бывшие подданные с сочувствием относились ко мне, многие приглашали в свои дома на ночлег, но я пред-по-чи-тал проводить ночи в полях. Оказалось, я здорово соскучился по вольной жизни! Нет слов, правителем быть легко и приятно, особенно когда на твою страну не нападают злые волшебницы.