Фемида его любви — 2 (СИ)

Я был полностью чист и обнулен, создавал себе репутацию с нуля. Я не знаю, допустил ли Назар осечку, отправляя меня на родную землю или сделал это нарочно, чтобы я сильнее страдал, но я оказался рядом с местами, где вырос. И по злому року сюда переехал брат с Ариной.

Арина меня была рада видеть, все-таки я ее сын, пусть и неродной. А вот брат, узнав, кем я стал, стал презирать сильнее. При встрече делал вид, будто мы не знакомы и запретил появляться на пороге их дома. Я маялся, но принял его условия. Следил, чтобы никто не обижал, как раньше, но не приближался. И никому не позволял его трогать, даже когда мелкий пытался отстоять правду, закусываясь с моими людьми. У него тут тоже был бизнес и мы часто пересекались. Странно, что Волков не попросил и его приструнить.

В самом начале своего пути с Волковым я встретил Веронику. Мы познакомились случайно. Она была хирургом в одной из больниц, куда я попал с ранением, так и подружились. Она стала третьей женщиной, которая могла меня успокоить и не дать зверю полностью мной завладеть и впасть в отчаяние. Но между нами ничего не было. Мы, как бы абсурдно это не звучало, стали друзьями. Я привязался к ней и к ее дочери — Ваське — белокурому и голубоглазому ангелу двух лет. Мы часто проводили с Вероникой проводили время вместе и со стороны могли казаться парой, хотя дальше поцелуев в щеку не заходило. Она делилась со мной своими проблемами, советовалась, прекрасно зная, кто я такой и всегда была рядом. Мы оба нарушили правило. Она позволила себе быть с тем, кто отправлял к ней на операционный стол пациентов, а я обрел близкого человека, хотя знал, как смогу поплатиться."

"Вероника и Василиса поплатились за мой образ жизни. Криминальный мир жесток и мои попытки спрятать их не принесли результата. Дав девчонкам новые имена и отправив их за границу, я не смог их защитить. Их и там нашли, принеся мне их на блюдечке и заставив смотреть, как они страдают. Ваську убили первой, а Вероника ушла сама с проклятьями в мой адрес на устах. С тех пор я дал себе слово — не заводить друзей и близких.

С тех пор я выпустил зверя на волю, получив огромную власть, уважение и полное отсутствие жалости. До определенного момента так и было. Так бы и оставалось, если бы не художница…

Я привык к тому, что рядом со мной всегда была женщина, которая выступала в роли стоп-крана: Арина, Пташка, Вероника… Мне нужно заземление, чтобы не разнести эту планету к чертям собачьим и не наломать дров. Нужна та, ради которой я начну тормозить на поворотах и буду бояться не вернуться. Та, кто потушит огонь ненависти внутри и не даст чудовищу в глубине поработить меня окончательно. Я так нуждался в ней, что, встретив, самолично отказался, побоявшись не уберечь. Испугался, что она остановит меня.