Фэнтези 2004

Хлумиз, поминутно то прихлебывающий вина, то руками хватающий что-то с блюда, тоже веселился, и Агнеше стало совершенно невыносимо. Она поднялась и извинилась.

— Я очень устала сегодня, Викенна произвела на меня незабываемое впечатление… С позволения его светлости я пойду к себе и, скорее всего, лягу спать.

Это прозвучало в сложившейся ситуации донельзя дерзко, но Азгендо не взволновало ничуть. Герцог кивнул, не отрывая взгляда от крошки, а руки от сестры. Лурия, в свою очередь, вообще не обратила на уход девушки никакого внимания. Шипя про себя от возмущения, Агнеша почти пробежала по коридору и заперлась в спальне, откуда действительно вечером уже не вышла.

Ужин закончился, кучер, он же слуга, по знаку Ираклиаза начал собирать посуду. Выходило это у него на редкость неуклюже, и Кей предположил, что Агнеша права: обычные лакеи — эльфы — просто отказались прислуживать людям. Профессор говорил не умолкая, выдумывал небылицы одну глупее другой и, наверное, просидел бы за столом до вечера, если бы маг не поднялся.

— Мне пора. Благодарю за приятнейшее общество, профессор!

— Вот как? — помахал ему рукой изрядно набравшийся Хлумиз.

— И его светлости необходимо отдохнуть. Не угодно ли пройти в опочивальню, друг мой?

— Что? — Герцог оторвался наконец от крошки, так и не дождавшись малюсенького дракона. — В опочивальню? Да! Лурия, идем скорее!

Его сестра, за все время так и не проронившая ни слова, покорно отправилась вслед за братом. Ушел маг, забрал со стола последнюю бутылку слуга.

— Профессор, а мы чем теперь займемся? — спросил Кей.

— Я собираюсь прилечь. Сегодня я заслужил эту награду! — Хлумиз отдувался, будто только что как следует поработал.

 — Помоги мне найти иллюзию кровати, образ моего секретаря!

— Ну, а я тогда буду стихи писать, — решил Римти. — Все равно уже поздно что-либо предпринимать.

На том вечер и закончился: секретарь довел профессора до его спальни, где уговорил старика снять сюртук и ботинки, а потом ушел к себе и измарал всю бумагу, какую нашел.

Похожи на супругов брат с сестрой.Упырь летает ночью в темноте,Но вечером приходят вдруг покойК поэту и стихи о красоте.11Ночью перевозбужденному обильной писаниной Кею не спалось.

Все листки со стихами он в конце концов изорвал в клочья, сочтя их самым отвратительным из всего, что когда-либо сочинил. Не успела прийти спасительная дремота, как привиделась веревка — она подползала в темноте к кровати Кея, норовя задушить ни в чем не повинного бедолагу. Раздраженный Римти перевернулся на другой бок и услышал чей-то крик, очень издалека. Учитывая размеры Викенны, это могло происходить как на улице, так и в какой-нибудь из башен."

"Кей насторожился, сел и на всякий случай оделся.