Фэнтези 2004

 — Лучше всего пистолями, с серебряными пулями. Говорят, неспокойно на кладбище!

— Опять? Еще одна проблема, тьфу ты, — в сердцах сплюнул мэр. — Вампиры снова озоруют… Мы ж их прошлым летом «серебряным туманом» потравили, ан нет, по новой поналезли! Хуже тараканов, честное слово. Придется отложить поездку на кладбище до утра, ничего не поделаешь.

— Тогда я пошел? — Ройд взял шляпу. — Отправлюсь на драконодром и полуночным экспрессом в столицу: дело вроде бы сделано, чего задерживаться.

— Не забудь охраннику временное удостоверение сдать… Слушай, а ты не боишься, что пассажирский дракон в твой «глаз демона» заглянет? — усмехнулся мэр.

 — Подождал бы до утра для верности.

— Нет. — Ройд надел шляпу, встал. — Они, пассажирские, дрессированные и самостоятельных вольностей себе не позволяют. Это только свободные драконы любопытны сверх меры: как увидят чего необычное, удивительное, непременно его на зуб попробовать хотят… На то колдун и рассчитывал, не зря ж он сколько лет с драконьим молодняком работал."

"— Не понимаю, чего особенного в том неощутимом стекле можно углядеть? — с досадой поморщился мэр.

 — Тот же город, те же поля. Тоска, одно слово. Рутина.

— Весенний город и весенние поля, — предположил Ройд. — Зеленые. Разве не удивительно, особенно для перелетного дракона, обнаружить весну среди холодной осени?

— Слова, слова, — мэр снисходительно улыбнулся, — романтический вздор, сыскарь, не более!

Ройд до этого сомневался, следует ли сказать мэру то, что он от него утаил; после услышанного он не колебался.

— Между прочим, вы знаете, куда подевались головы погибших драконов?

— Нет, — мэр насторожился, — и куда?

— Через полгода узнаете, — мрачно пообещал Ройд.

 — Потому не советую распускать вашу уборочную команду, — и вышел из кабинета.

Улыбка сползла с лица мэра. Чего Ройд, собственно, и хотел.

© М. Бабкин, 2004.

АНАСТАСИЯ ПАРФЕНОВА,

АЛЕКСЕЙ ПЕХОВ

Под флагом Милорда Кугеля

Гулли ван Шайрх метался по палубе, словно разъяренный тигр.

Мысленно.

В реальном мире он стоял, заложив руки за спину, дымил трубкой и с ленивой небрежностью наблюдал за суетой, охватившей его корабль. Команда спешно готовилась к отплытию, Чуга надрывался за троих, гоняя матросов, и лишь капитан являл собой воплощение спокойствия, равнодушия и непробиваемой уверенности.

Шкипер наемников не может себе позволить нервозности перед лицом цейтнота. И уж тем более никто из команды не должен видеть, как он прыгает по кораблю в истеричном нетерпении, всуе поминая всех океанских демонов.

Даже если очень хочется.

«Хапуга» — быстроходная трехмачтовая шхуна, спешно снимающаяся с якоря посреди ночи и отправляющаяся в открытое море, — зрелище не для слабонервных.