Фэнтези 2004

С другой стороны… Льнани ведь и не была морским магом. Что окажется для привыкшего к традиционным, ставшим уже почти ритуальным схваткам противника неприятным сюрпризом.

Начать хотя бы с того, что она не видела особой необходимости ломать чужое заклинание. Достаточно просто найти снаряды, которые пройдут сквозь него, не задев основной структуры. А если потом изнутри рикошетом ударит импульс энергии… Живую материю, те же абордажные команды, этот щит пропускает без труда. А если взять неживую материю?

— Я могу попытаться разрушить их защиту, — рассеянно сообщила магичка.

— Что?! — Капитан и ван Дога разом уставились на нее.

— Могу! — уже решительно сказала Льнани. — Мне нужны куриные яйца!

— ?!

— Яйца! — рявкнула она, выводя их из ступора.

— Сковородка! Сковородка! — Ван Дога уже бежал к коку.

— Есть чем рисовать?

Каждый вопрос волшебницы ставил капитана в тупик.

— Мел, краска, смола, чернила! Хоть что-нибудь?! Забери меня Темные пески, не стойте столбом! А! — Она схватила валявшуюся треуголку шкипера, без всякой брезгливости зачерпнула с нее помета Милорда Кугеля и на глазах изумленной команды начала рисовать на досках палубы пентаграмму.

"Прибежал запыхавшийся ван Дога с десятком куриных яиц.

— Скажите мастеру-канониру, чтобы не стрелял, пока я не закончу, — распорядилась волшебница.

У нее не было времени вычислять стороны света и ориентировать рисунок строго по канону. Небрежно очерченный круг должен был уравновесить энергии и свести ущерб от этой небрежности к минимуму. Два пересекающихся треугольника. И знак-открывающий-врата-Нис — основополагающий знак всей школы Ниссэ.

— Сколько пушек по правому борту корабля?

— Девять.

Льнани осторожно положила девять яиц в фокус пентаграммы и начала речитатив. От знака Нис потянуло могильным ветром, привычная волна ледяного холода ударила в позвоночник, пробежала по телу, по пальцам — врата в пространство не-жизни были открыты. Не прекращая литанию, Льнани подняла руку и резко, с выдохом опустила раскрытую ладонь на ближайшее яйцо. Крик духа нерожденного цыпленка, теперь накрепко связанный с покоящимся в пушке ядром, слышала лишь она одна. Из-под пальцев волшебницы потек густой яичный желток, в глазах на мгновение потемнело из-за потери силы, ушедшей, чтобы привязать к духу кудахтающей птицы нечто извлеченное из пространства Нис.

После пятого яйца она вынуждена была остановиться, чтобы судорожно втянуть воздух в разрываемые болью, точно после изнуряющего бега, легкие. После седьмого из ее носа начала капать кровь. Для того чтобы удержать перед глазами образ желаемого, требовались почти болезненные усилия. Восьмое.