Фэнтези 2004

Монахи прятали руки в складках ряс, коротко стриженные молодчики демонстративно держали правые руки под бортами курток.

— Вот спасибо, Олег Васильевич, — сказал черноволосый монах с протезом как ни в чем не бывало, — за хлопоты и содействие. Никак уговорили дружка вернуть не ему принадлежащее?

Дмитрий бросил на Северцева косой взгляд.

— Они мне посулили миллион «зеленых», — хладнокровно сказал Олег, оценивая противника. — За то, чтобы ты продал им мечи. Тебе они тоже пообещали кругленькую сумму — аж целых три миллиона.

— Неплохо, — усмехнулся Храбров. — До конца жизни можно прожить, ежели с умом тратить такие деньги.

— Собственно, нам нужен только один меч, — продолжал монах, в глазах которого разгорался и гас огонек жестокого фанатизма. — Но мы и оба готовы купить. Шесть миллионов вас устроит?

— Прочь с дороги!

— Значит, мало. Назовите свою цену.

— Прочь с дороги, мерзавец! — проговорил Дмитрий. — Ты же знаешь, что мечи я не отдам ни за какие деньги! Тебе мало одной руки? Хочешь потерять и вторую? Или голову?

— Ах, Дмитрий Олегович, Дмитрий Олегович, голуба моя, — покачал головой монах, ничуть не смутившись, — вы так и не поняли, с кем связались.

У вас нет выхода! Мы везде вас отыщем, рано или поздно, и никто вам не поможет. Мало того, вы рискуете не только собой, но и девицей своею, и родичами. Неужто беду на них накликать хотите?

Дмитрий потемнел, сделал шаг вперед.

Молодцы в кожаных куртках дружно выдернули из-под мышек пистолеты. Северцев, в свою очередь, направил ствол «вальтера» на монахов.

— Тронешь ее хоть пальцем!.. — прошипел Храбров.

Монах поморщился, презрительно скривил губы:

— Да будет вам, Дмитрий Олегович! Не опускайтесь до стандартных угроз, которые действуют разве что на обывателей, жующих жвачку телесериалов.

Вы же серьезный человек и должны понимать, что мы ни перед чем не остановимся. К тому же вы один, а нас много.

— Ошибаетесь, он не один, — сквозь зубы процедил Северцев, настраиваясь на сверхскоростное движение. — И у нас немало друзей.

— Я считал, что вы с нами, Олег Васильевич. А если мы предложим вам больше? Скажем, десять миллионов американских рублей? Вас это устроит?"

"— Я не Атос, — усмехнулся Северцев, — но оцениваю предложение, как и он.

Для простого путешественника это очень много, а для человека духа, к каковым я себя отношу, очень мало. К тому же есть вещи, которые не продаются.

— Я таких вещей не знаю, — изогнул бровь монах.

— Еще бы. Ведь это не мечи. Достоинство, к примеру. Честь. Совесть.

— Вы идеалист, Олег Васильевич.

— О да, — согласился Северцев. — В отличие от вас. Но, несмотря на это обстоятельство, я не промахнусь. Прикажите своим холуям убрать оружие и убраться отсюда.