Все дороги ведут к тебе

Будто бы почувствовав присутствие бывшего мужа, Лия вскинула взгляд, едва только Александр замаячил на пороге, но тут же его отвела. Чалый принял душ и переоделся в удобный домашний костюм. Он снова надел очки, а в руках сжимал огромную миску попкорна, но ничего домашнего или мягкого в его облике не было. Все в нем кричало об опасности. Или это ее радары интерпретировали подобным образом любой исходящий от мужчины сигнал? Лия не знала...

Чалый прошел через комнату, сунул в руки Сашке попкорн, а сам вытянулся на диване по другую сторону от ребенка. Усилием воли Лия заставила себя не шевелиться. Они впервые за долгое-долгое время оказались так близко друг к другу, будучи в горизонтальном положении. И слава богу, что между ними сейчас находился сын. Потому что тогда... Тогда Чалому никто не мог помешать. Саша был в детском саду, когда все случилось. В их старом доме вообще никого не было. Только охрана, да и та по периметру. Лию устраивало такое положение вещей. Лишние уши им были ни к чему. В тот день она решила попросить развода. Не потребовать, а именно попросить. Договориться с Чалым по-человечески... Объяснить все... Они ведь не были врагами, просто... не вышло у них... Не вышло! И не имело никакого смысла продлевать агонию дальше. Нет, Лия, конечно, догадывалась, что просто не будет... В конце концов, она уже однажды заводила об этом речь... Но и того, что случилось в итоге - она точно не ожидала.

Чалый сидел у себя в кабинете. Он был явно выпившим, и Лия решила, что выбрала не лучшее время для разговора, а потому, так ничего и не сказав, поспешно ретировалась. Но Чалый пошел вслед за ней. Прижался грудью к ее спине, провел носом вдоль скулы. Лия напряглась. Она приняла душ. Он не должен был учуять другого, но каким-то образом это случилось.

- Саша, подожди... Давай не сейчас, - попыталась отстраниться женщина.

- Почему? Разве ты за мной не скучала? - прошептал он, одной рукой задирая подол платья, а второй выкручивая сосок.

Чалый всегда любил жесткий секс, и Лию приучил к его своеобразной прелести, но в последнее время они нечасто им занимались. Она ясно дала понять, что ей это все неинтересно. Лия не могла заставить себя быть с мужем, после других... Не могла... Это было мучительно больно.

- Саша, прекрати!

- Почему? Разве моя девочка меня больше не хочет?

Чалый отодвинул в сторону трусики и, скользнув рукой по промежности, ребром ладони нажал на клитор. Лия сглотнула. Ей стало страшно... По-настоящему страшно.

- Саша, я не хочу...

Ее голос дрожал, как и мышцы бедер, которые он безжалостно мял.

- Не хочешь? Ну, знаешь ли... Тогда придется потерпеть. Мужу-то родному дать - святое дело. А то, ишь, какая несправедливость...