Финал

– Потому что он у тебя уже есть?

Скарлетт сверкнула глазами.

– Нам с тобой никакая компаньонка никогда не была нужна.

– Вот именно!

Самодовольно ухмыляясь, Хулиан с важным видом прошел мимо нее к стоящему в ожидании экипажу, открыл дверцу и, вместо того чтобы помочь Скарлетт, забрался внутрь сам.

Кипя от негодования, Скарлетт последовала за ним и заняла место напротив. Хулиан, возможно, и начал одеваться как добропорядочный господин, но по-прежнему ведет себя, точно заправский негодяй. Его расстроенные чувства были бы ей понятны, если бы за последние пять недель он хотя бы попытался передать ей весточку о себе или бороться за нее после ее заявления о том, что хочет дать Николя еще один шанс, но, похоже, Хулиану куда больше нравилось противостоять ей самой.

– Даже не думай мне помешать, – предупредила она.

– Хотел бы я заверить, что у меня и в мыслях подобного нет, но это было бы ложью.

Хулиан откинулся на спинку сиденья и развалился в свойственной молодым людям манере. Улицы Валенды не приспособлены для карет, и эта оказалась особенно узкой, так что в ней едва хватало места для них двоих. Однако Хулиан раскинул руки в стороны, положив их на парчовые подушки, и вытянул ноги, заняв почти все свободное пространство.

Когда экипаж с грохотом покатился по дороге, Скарлетт толкнула Хулиана в колено, так что оно стукнулось о другое, и указала на дверцу:

– Выметайся отсюда.

– Нет. – Убрав руки с подушек, он наклонился вперед. – Я никуда не уйду, Малинка. Мы и без того слишком много времени провели порознь. – Накрыв рукой ее ладонь, он крепко прижал ее к своему колену.

Скарлетт попыталась отстраниться, но очень вяло, как человек, делающий что-то для виду, а в душе надеющийся, что его остановят.

Хулиан именно так и поступил. Он сплел свои смуглые пальцы с ее и сжал сильнее, чем когда-либо, как будто компенсируя все те недели, в которые не имел возможности прикоснуться к ней."

"– Пока я был в отлучке, пытался вспомнить все, что ты мне когда-либо говорила. Находясь вдали от тебя, я продолжал думать о тебе каждый час каждого дня.

Скарлетт подавила желание улыбнуться. Именно такое заверение она больше всего жаждала услышать. Но Хулиан никогда за словом в карман не лез и всегда точно знал, что сказать. В этом он мастер!

– Почему же тогда ни разу не написал?

– Потому что ты объявила, что хочешь все обдумать и встретиться со своим графом.

– Мне не требовалось столь много времени на раздумья. Я не получала от тебя ни строчки целых пять недель и решила, что ты забыл обо мне или попросту бросил. – Она старалась говорить так, чтобы голос не звучал чересчур обвинительно или отчаянно, но понимала, что потерпела неудачу и в том, и в другом.