Финал

Нынешнее слияние их губ было отчаянным, диким, грубым и порочным. Исполненным владеющих ими ужасных эмоций. Нескончаемый поток скорби и боли. Они лежали на грубом ковре, вцепившись друг в друга. Телла впилась зубами в нижнюю губу Джекса так сильно, что выступила кровь.

Он в ответ накинулся на нее с еще большим жаром, собственнически покусывая ее подбородок и шею, постепенно спускаясь к ключице.

Если раньше он мог чувствовать ее эмоции, то теперь и она обрела способность чувствовать его. Даже забрав ее печаль и сердечные терзания, ощущал он сейчас совсем другое: желание, отчаяние, вожделение, одержимость. Он хотел ее, ее одну. Настолько сильно, что ни о чем больше и помыслить не мог. Телла поняла это по тому, как изменился их поцелуй, из безрассудного и голодного сделавшись томным, смакующим, как будто Джекс долгое время воображал его себе, а теперь взялся претворять фантазии в жизнь.

Тоненький голос разума, который Телла изо всех сил пыталась игнорировать, уверял, что она совершает огромную ошибку, что на самом деле ее сердце стремится вовсе не к Джексу, а к Легендо. Всегда к Легендо, какие бы поступки он ни совершил и кем бы ни был на самом деле. Возможно, ей никогда не удастся заполучить его по-настоящему, но от этого не перестанет желать его. Если уж ей суждено поцеловать одного из злодеев, пусть это будет Легендо, а не Принц Сердец.

Ей нужно оттолкнуть Джекса!

Но Легендо больше и пальцем к ней не прикасался. Будь он сейчас здесь, вероятно, даже не обнял бы ее, не говоря уж о том, чтобы поцеловать. А Телле нравилось даруемое слиянием губ ощущение: о ней заботятся, ее лелеют. Куда приятнее чувствовать вместо боли желание. Печаль почти прошла, и поцелуй стал более интенсивным. Или, быть может, теперь, когда Телла перестала испытывать сокрушительное отчаяние и у нее перед глазами не стояла смерть, она получила возможность по-настоящему насладиться поцелуем – и каждым сантиметром тела прижимающегося к ней Джекса.

Однако, даже пребывая в нынешнем смятенном состоянии, Телла знала, что дольше так продолжаться не может. Поэтому она вырвала свою кровоточащую руку из ладони Джекса и отвернулась от него.

Джекс не сделал попытки остановить ее, но и не отодвинулся тоже, так что они продолжали лежать на боку, прижавшись друг к другу грудными клетками, тесно сплетясь ногами.

Боль, печаль и чувство утраты покинули Теллу. Но вместе с ними ушла и жизненная сила, оставив ее пустой и бескостной. Пятна крови были повсюду: на ее платье, руках, на Джексе. Она понимала, что между ними только что произошло что-то невероятно интимное, выходящее далеко за рамки физического."

"На его щеках виднелись красные дорожки, похожие на призраки слез, которые он выплакал из-за нее.