Физрук 2: назад в СССР (СИ)

Не знаю… Я начал копаться в своей памяти, попутно соотнося с нынешними техническими возможностями, а также — с моими собственными. Что-то такое смутное бродило в моей голове, но я не торопил озарение, позволяя ему оформиться.

Пацаны горят идеей научиться карате, но всерьез учить их этому единоборству я не могу, потому что и сам им толком не владею… С другой стороны, сказать, что вот эти и эти будут частью команды, а остальным — фиг, тоже не слишком правильно. Нужна золотая середина… Если нельзя сделать из всех спортсменов, то нужно дать возможность прикоснуться к спорту как можно большему числу желающих… Прикоснуться через что?.. Я чувствовал, что истина где-то рядом…

И вдруг вспомнил наш разговор с пацанятами, который произошел во время похода, когда мы пошли за дровами… Пытались выяснить, кто круче: американский актер Брюс Ли или — советский Талгат Нигматулин?.. Причем, никто из них, кроме Толика Кривцова, не видел фильмов с участием китайца… Да и с Нигматулиным они видели, наверное, только одних «Пиратов ХХ века»?.. И все-таки… Вот в чем ключ… Да, завтра же договорюсь с Лизонькой, чтобы позволила посмотреть. Тем более, что она, вроде, была согласна… Однако, просмотр просмотром, но это разовая акция… Как говорил дедушка Ленин: «Из всех искусств важнейшим для нас является кино…» А ведь он был прав!

Глава 9

Вдохновленный осенившей меня идеей, я с удовольствием, даже — с огоньком провел два урока субботнего дня. Еще в начале второго урока предупредил свой класс, чтобы не расходились, когда прозвенит звонок. Оболтусы, конечно, приуныли — понятно, им хотелось вырваться на долгожданную свободу, но деваться было некуда, так как я заблокировал решительно собственным могучим телом вход в раздевалку. Подавил их выкрики «звонок»! Пацаны нехотя расселись по скамейкам, так как валяться на матах я не разрешил.

Стоять перед ними, я тоже не собирался, поэтому принес себе из тренерской стул. Устроился на нем, открыл классный журнал. Лица присутствующих заметно поскучнели. Еще бы! Отметки-то не радовали. Несколько томительных минут я перелистывал страницы, водил пальцем по строчкам, шевелил губами и сокрушенно качал головой. Уныние, которое вызывали эти мои жесты в рядах учащихся из восьмого «Г», описанию не подлежит. Наконец, я с треском захлопнул журнал и бросил его на пол.

— Ну что, граждане бандиты, — задумчиво проговорил я, — первый месяц учебы заканчивается, а достижения наши оставляют желать лучшего… Хотя, должен сказать, что по физкультуре вы подтянулись. Хоть в чем-то молодцы!

Некоторый вздох облегчения прокатился по спортзалу, и я продолжил:

— Однако советский человек, строитель коммунизма, должен быть всесторонне развитым.