Флеш Рояль (СИ)

Пришлось в нос, но зрителям понравилось, тетя вздыхала умильно и шумно, словно кузнечные меха. А Динка снова чуть не разревелась.

Максим шел к лодке, на ходу развязывая футболку и натягивая ее на плечи. Динка сняла мокасины, подобрала подол платья и спрыгнула в воду. Мелко, чуть выше колен, платье не намокнет. Если бы не деньги, ее бы уже давно здесь не было.

Глава 19

К Елизавете на чай зашла соседка, но Динка уже выпила чая столько, что чувствовала себя водяным из детского мультфильма. Она поспешила откланяться и сообщила Елизавете, что идет к морю, что незамедлительно и сделала под прицельным, заинтересованным взглядом соседки.

И словно на волю вырвалась.

Не то, что ей не нравилась тетка Максима, скорее наоборот, а та в Динку вообще влюбилась с первого взгляда. Но Дину не покидало ощущение, что она незаконно заняла чье-то место, это не она должна быть здесь с Максом, вести с его тетей задушевные беседы, рассматривать старые фотографии. Словно она украла что-то.

А фотографии вообще отдельная песня. Елизавета достала целую пачку семейных снимков Доминых, начиная от свадьбы его родителей и заканчивая выпускным Максима.

Тетя полушепотом поведала, что Макс потребовал уничтожить все эти снимки, но у нее не поднялась рука, и она не жалеет, что ослушалась. Теперь такая золотая девочка Диночка может лицезреть голозадого Домина, сидящего на горшке, уже одетого и грызущего бублик, в костюме зайчика на новогоднем утреннике в детском саду и все в таком духе.

Динка рассматривала фото, и внутри у нее все холодело. Улыбающиеся, счастливые молодые парень и девушка. Жених и невеста. Муж и жена с сыном. С дочкой. А все, что от них осталось — стопка фотографий, лишь по случайности не ставшая горсткой пепла.

На снимках Максим был совсем на себя не похож, сначала Динка не могла уловить, почему, а потом поняла. Длинные волосы, глаза и главное, взгляд. На фото это был открытый и бесшабашный взгляд беззаботного мальчишки Макса Домина, которые не имели ничего общего с настороженным, холодным взглядом Горца.

Она вышла на воздух, с удовольствием вдыхая умопомрачительные ароматы цветущих южных кустарников, когда услышала у калитки мужские голоса. При мысли, что Максим вновь сейчас начнет ломать комедию, хватая ее на руки и трепетно целуя, словно она национальный флаг, у нее внутри все воспротивилось, и Динка отступила в сгущающиеся сумерки сада.

Там стояла крытая беседка, Динка решила переждать нашествие варваров здесь и присела на скамейку.

На середине двора показались Джамиль, Алан и Макс. Парни отправили Джамиля с уловом в дом, а сами остановились.

— Покурим? — Домин уже подкуривал сигарету.

— Ты же бросаешь, Макс, — упрекнул его брат.

— Уже бросил, всего две сигареты в день, — успокоил его Домин, — это как раз вторая.