Флеш Рояль (СИ)

Макс выбрал Ворона, он из всех самый спокойный, и отправил к Владу побеседовать, объяснить, что о девушке лучше забыть навеки вечные и не приближаться к ней в радиусе километра.

И когда она успела так угнездиться в его мыслях и не только в мыслях? Они ведь даже не общались толком, а либо ругались, либо оттачивали друг на друге свое остроумие. Тем удивительнее прозвучало для него полушутливое высказывание Ворона о том, что мол последний бастион пал, и его начальник влюбился.

Сережа Воронов нравился Максу, он был хорошим, надежным парнем, и Макс относился к нему скорее как к младшему брату, чем подчиненному. Сергей, конечно же, преувеличивал, однако Домин не мог не признать, что эта девочка волнует его куда больше, чем он мог себе позволить.

И все же Домин не собирался влюбляться в нее, после смерти родителей в его жизни не осталось места ни для каких привязанностей. У него не было близких, друзей, вокруг него возвышалась непробиваемая стена, которая надежно защищала от лишних переживаний и волнений. Но с появлением Дины он находил то одну, то другую брешь в этой стене, и это и изумляло, и злило его одновременно.

Стоило только подумать о ней, как то одна, то другая область брони истончалась и словно стекала, оставляя пробоину размером с атомоход. Это было неправильно, он всегда без труда держал оборону, но Диана Ареева не просто рушила все преграды. Хуже того. Она делала его уязвимым.

Принесли пятую чашку кофе, и он закурил пятую сигарету, что совсем никуда не годилось. Было еще одно, что ему не давало покоя. Домин видел, как Дина в последнее время смотрела на него, как вспыхивают большие глаза, когда он появляеться в поле ее зрения. И это было неправильно.

Отношения отношениями, а чувства сюда мешать не стоило. Что бы не случилось, за себя Макс был спокоен, а вот Дине не следовало к нему привязываться, обоюдной симпатии и влечения было бы вполне достаточно.

Поездка в столицу лишний раз показала, как в самом ближайшем будущем может измениться его жизнь, и это еще больше могло отдалить его от Дины. Поэтому Максим решил дать ей время остыть. Он держался и не звонил ей, хотя такая выдержка давалась с трудом, зато по нескольку раз на день надоедал Тимуру.

И тут она позвонила сама. Позвонила не вовремя, у него как раз начинались переговоры. Он ответил очень сдержанно и понял, что она обиделась. У нее даже слезы в голосе стояли. Пусть, так даже лучше.

Максим посмотрел на лежащую рядом трубку. Парни задерживались, он уже вторую неделю не слышал Дину. Еще немного подумал, а затем позвонил. Голос Дины звучал… странно.

— Максик, у тебя появилось для меня время, ты не занят? — она говорила непривычно нараспев. — У меня все отлично, я учусь танцевать стриптиз.