Фортуна благоволит грешным

Да, все!

– Рассказали, что вы – ее мать?

– Да. И она попросила меня уехать.

Бенедикт присвистнул.

– Так-так… Но вы все равно не должны уезжать. Дети порой говорят ужасные вещи, но в действительности они вовсе так не думают.

Внезапно раздался оглушительный грохот, сопровождавшийся звоном, и Бенедикт предположил, что Шарлотта специально что-то опрокинула – чтобы разбить. А потом она вновь заговорила:

– Мои родители сказали, что из-за меня им придется отсюда уехать. А Мэгги хочет, чтобы я уехала. Только я одна. И это мы еще не учли мнение добропорядочных жителей Строфилда. Как вы думаете, что скажет миссис Поттер, когда увидит меня на улице? Нэнси всего лишь встречалась с каким-то молодым человеком, и то миссис Поттер отзывалась о ней очень резко. Думаете, меня пустят в общий зал единственного в деревне постоялого двора? Вы думаете, кто-нибудь теперь придет в церковь моего отца?

– А вас это волнует?

– Да, волнует. Потому что Мэгги придется слышать все, что люди обо мне говорят. Сегодня она потеряла мать, которую считала совершенным ангелом, а взамен получила меня.

Бенедикт пнул носком сапога плотно утоптанный земляной пол. Где же та проклятая картина? Ему ужасно хотелось посильнее пнуть что-нибудь. И еще ему хотелось выть и ругаться. Однако он улыбнулся – на случай, если Шарлотта сейчас смотрела на него.

– Вы же преуспели в богоугодных делах, и это даже лучше, чем быть ангелочком.

– Не надо, Бенедикт, не надо… Ей всегда было лучше без меня, а теперь она к тому же знает почему. Им всем будет без меня лучше. – Раздался глухой стук, а затем – какое-то бормотание. – Поймите, это мой долг перед ними."

"И Бенедикт понял. Это и есть любовь, не так ли? Уйди, если твоя любовь безответная. Он любил своих родителей, а вот любили ли они его? Этого он так никогда и не узнал. Во всяком случае, они не любили его таким, какой он был. Вот он и покинул дом, когда был лишь немногим старше, чем Мэгги сейчас. Покинул дом – и ушел в море.

Но в конечном счете это ничего не решило, и уход лишь отдалил его от Джорджетты. Он не хотел, чтобы и Шарлотта лишилась своих близких. Но сегодня на ее долю выпало слишком много огорчений, и он не мог с ней сейчас спорить.

Немного помолчав, Бенедикт тихо сказал:

– Я помогу вам найти сундук, если вы перестанете разбрасывать вещи. Я найду его с помощью трости, по звуку. А вы пока можете…

– Нет, не надо! Не помогайте мне уезжать! О, неужели я должна вынести еще и это?!

Его терпение лопнуло, и он прокричал:

– Ну так не покидайте меня раньше, чем вам придется это сделать!

– Бенедикт, пожалуйста, прекратите. – Теперь Шарлотта заговорила очень тихо.