Фрагменты (сборник)

Но когда подруга стала однажды бывшей, Михаил Конев сопоставил недоказанный факт фригидности молодой женщины и более чем очевидное явление – малоэффективный стояк тридцатишестилетнего лысеющего мужика, и понял, что неплохо бы посетить доктора, специализирующегося на отношениях ниже пояса.

Хотя не в чести подобные специалисты были у Мишки. Он считал, что еще долго сможет обойтись без пальца в заднем проходе. Выходило так, что нет. Но все решилось без позорной стимуляции простаты.

На день рождения коллеги Димки Сечина Конев шел с ужасным настроением, но с расчетом все-таки его поправить. Мысли-паскуды долбили мозг, словно шахтеры в забое. Откалывали огромными кусками, сокрушали уверенность в себе.

Что же это такое? – печалился Миша. Усталость или нестабильность в соседнем государстве? Неправильное питание или мой сексуальный путь просто подошел к концу?

Хер отказывал в самые неподходящие моменты. Мишка и в пик (ведь когда-то же он был?) своей сексуальной карьеры не был гигантом, более того, он теперь подозревал, что не всегда удовлетворял своих партнерш, но тогда хотя бы он сам был доволен. А сейчас, что называется, ни себе, ни людям.

Теперь, как прыщавый подросток, которому дали впервые пощупать женскую грудь, смаковал каждый момент, каждую секунду, каждый сраный миг, что вел его к позорному бегству с поджатым хвостом. В прямом и переносном смыслах. Он не мог понять, что не так.

С Людкой он жил, и занятия сексом с ней вполне можно было назвать регулярными, по графику. Именно поэтому отказ прибора с ней можно было объяснить – полновата, с обвисшими сиськами, да и сопела так, будто это она его «обрабатывала». В общем, все это могло слегка поднадоесть.

Черт! Что такое у тебя в голове?! Тебе что, шестьдесят? Или ты порноактер на пенсии?

Нет, ему не шестьдесят, и разговоры о сексе пока что дарят не только аритмию. Но ему и не шестнадцать, черт побери! Не тот нежный возраст, когда встает от дуновения ветерка. Неплохое оправдание, а? Но так можно было бы оправдываться первые три раза.

Праздник был в разгаре. Миша, поздоровавшись со всеми вскользь, прошел к имениннику.

– Ну, Михаил, на штрафную ты уже нарвался. – Дима улыбнулся и потянулся за бутылкой.

– Не, я минералочки. Я таблетки пью.

Кто-то хохотнул. Миша напрягся, но не повернулся. Он узнал Людку. Весело ей. Хотя… что ей грустить?

– Ну как знаешь. – Димка стал серьезным, наклонился к Мише и шепнул: – Пошли на балкон покалякаем.

– Вот сука! Рассказала?! – Мишка не знал, как реагировать на подобную выходку подруги. Он никогда бы не подумал, что о его недуге расскажет именно Людка. Кто угодно. Кто угодно! Да хоть Маринка из отдела аналитики. У него и с ней осечка случилась. Мишка был уверен, что расскажет именно она.

– Не горячись, – остудил пыл Мишки Дмитрий.