Фрагменты (сборник)

От тюрьмы, мол, мы откупимся. Легче меня – молодого специалиста – отмазать, чем людей, находящихся по сорок лет в строительстве. Нет, я им верю. Меня не посадят. На допрос всего-то один раз вызвали, и то чисто формальный. А вот как быть с погибшими людьми? Неужели их совесть не мучает?

– Если б она у них была. Слушай, сестренка, а так ведь оно и есть! Родственники, естественно, следят за происходящим. У кого-то, может, и друзья в суде, прокуратуре или милиции, владеющие информацией. Но только информацией. Силенок у них нет бороться с монстрами, которые по сорок лет в строительстве. Так вот, родня понимает, что никого наказывать не собираются, и решает взять правосудие в свои руки.

– Ну, вот все и встало на свои места. – Света развела руками. – Ты меня утешила, сестренка. Меня не посадят, меня просто зарежут.

– Да нет же! Слава богу, в цивилизованном мире живем. Они будут действовать по принципу бывшей жены моего Толика. Вот скажи мне: вы ругаетесь после этих звонков?

– Бывает. – Света пожала плечами.

– Бывает, – передразнила Алиса сестру. – Зная себя, да и тебя тоже, я боюсь твоего «бывает». Тем самым они хотят разрушить твою семью. Вот тебе мой совет: плюнь на эти звонки. А Сашку начинай на руках носить. Вот увидишь, они отстанут. Кроме того, тебе совсем нечего бояться. Как они у тебя заберут Сашу? – Девушка вопросительно подняла бровь.

– Не знаю, и от этого мне становится страшно.

* * *Дни тянулись, ничего не менялось. Даже упреки жены были теми же. Саша не был уверен, но ему казалось, что Кристина продолжает звонить. Только теперь не ему на сотовый, а на домашний. Когда брал он – в трубке раздавалось потрескивание и шум. А когда Света… Она выслушивала говорившего и, положив трубку, шла на кухню. Разложив чертежи на столе, нервно курила и смотрела куда-то в угол. На его расспросы натянуто улыбалась и отвечала, что это с работы.

У Саши из головы не выходил голос Кристины. Она же обещала не звонить.

В пятницу, выходя из офиса, Саша открыл «раскладушку» и дрожащей рукой набрал номер Кристины. Гудки, снова эти, вызывающие раздражение (нет, скорее панику), гудки. Он уже собирался закрыть телефон, когда услышал ее голос:

– Да, я слушаю.

– Кристина, это я. Саша.

Через час он стоял у дома № 27 по улице Сибирской. Двухэтажный дом с обсыпавшейся штукатуркой находился в окружении лесопарка. Саша даже не сразу нашел его, потому что он никогда не был в этой части города. К дому шла заросшая тропинка. У здания был нежилой вид. По всему фасаду зияли проплешины, сквозь которые была видна обрешетка.

Саше как-то стало не по себе. Он остановился перед дверью в подъезд. Неужели здесь кто-нибудь живет?

В подъезде пахло плесенью и человеческими экскрементами. Это, пожалуй, единственное, что напоминало о посещении этих мест человеком.