Фрагменты (сборник)

– Может, утопим? – Леша не узнал свой голос. Зачем он это сказал?

– Утопим? – Пронизывающий взгляд из-под сведенных к переносице бровей. – Водоемы далеко. Нет, слишком хлопотно. Хотя… – Эд привстал и посмотрел на тропинку, уходившую в глубь леса. Потом посмотрел на Лешку и улыбнулся. – А ты красава.

Алексей занервничал еще больше, поэтому вместо улыбки вышла жалкая гримаса.

– А ну пойдем-ка со мной.

Эд спрыгнул с лавки и пошел по тропинке к кустарнику жимолости. Лешка последовал за ним, всерьез обдумывая шансы на бегство.

– Смотри-ка, – Эдуард показал на чугунный люк в траве. – Годится. Как думаешь? – улыбнулся Эдик. Только веселья в глазах не было.

«Давай не будем никого убивать», – мысль звонко прозвучала в мозгу. Лешка даже подумал, что произнес это вслух. Нет, все нормально. Эд сдвинул крышку с колодца и заглянул внутрь.

– То, что надо, – прошептал Эдик. – То, что надо. Метров восемь, наверно. Как думаешь?

Но он так и не обернулся на Лешку. Ему было наплевать, что он думает. Ему было наплевать, что думает весь мир. И Алексей это знал.

Он проснулся ровно в шесть. Встал, умылся, убрал постель и сделал зарядку. К десяти часам должны были принести газеты. Он сел за стол спиной к двери и, сложив перед собой руки, уставился в серую стену. Он знал, что сегодня кто-нибудь придет. Каждый день приходили. В основном журналисты, однажды приходил доктор каких-то там наук. Диссертацию пишет. Мужчина улыбнулся, но глаза остались злыми. Он был рад гостям. И не то чтобы ему было одиноко здесь. Нет. Богу не может быть одиноко наедине с самим собой.

Он достал одну из газет и открыл первую полосу. Треть занимала его фотография из зала суда. Клетчатая рубаха и взгляд исподлобья. Он не мог налюбоваться собой. Фото и цитаты были на первых полосах всех известных ему изданий. Из какой газетенки будет сегодняшний собеседник, он не знал. Да это и не важно. Что ему было интересно, так это какая из его цитат понравится больше, и она отправится в печать под очередным снимком маньяка в клетчатой рубахе.

В этой газете, которую он держал в руках, была неплохая, но, к сожалению, не самая лучшая.

Я нахожусь под арестом восемнадцать месяцев, и все это время сотни людей решают судьбу одного человека, тогда как я один решил судьбы шестидесяти человек! Я один был для них прокурором, присяжным, судьей и палачом. Выполнял все ваши сраные функции. Я один решал, кто будет жить, а кто нет. Я был богом на земле!

Страйк! Он их поставил на место. Всех до одного. От мента, зевающего у двери в зал суда, до судьи с грубыми лошадиными чертами лица. Ему даже показалось, что она сейчас заржет от обиды. Удачное фото и неплохая цитата, пожалуй, четко передали его суть. Мужчина улыбнулся и отложил газету в стопку."

"Он услышал их. Визитеры уже были здесь.