Френдзона

Мое сердце немедленно уходит в пятки. Я хочу быть с Мак. Я не хочу быть с Мак. Моя грудь буквально болит всякий раз, как получаю от нее сообщение. Каждый раз мне приходится сыграть прохладное отношение, словно я отстраненный от нее друг-мудак.

Слишком сильно сжимая бокал, я двигаюсь через комнату, останавливаясь через каждые два шага, чтобы принять поздравления или поговорить с кем-то.

- Извините меня, - говорю я каждому. - Природа зовет.

Но как бы я не извинялся, люди все равно пытаются вовлечь меня в беседу. К тому времени, как дохожу до дверей террасы, я готов сдаться.

Боже, эта PR херня станет еще хуже, когда вступлю в NFL.

Хмурясь, я проскальзываю на улицу, где вдыхая прохладный ночной воздух наконец могу ясно мыслить. Но мой пульс не замедляется, когда достаю телефон. Я прислоняюсь к стене. Это сообщение не от Мак. Разочарование и облегчение попеременно сжимают мой живот, когда смотрю на незнакомый номер, собираясь удалить сообщение.

Неизвестный номер: Привет, сексуальная гора мужской плоти. Веселишься в своем костюмчике?

Сексуальная гора мужской плоти? Почему это нелепое прозвище кажется знакомым? Я тру лицо, и затем меня озаряет.

Фиона называла меня так. Какого хрена Фиона шлет мне сообщения?

GrayG: Ага, все просто замечательно. Что случилось, Фи?

И пока жду ее ответ, я смотрю по сторонам, разглядывая в темноте ровно подстриженную лужайку. Все синее и зеленое, луна низко нависает над горизонтом, пока легкие облака проплывают по небу. В воздухе стоит запах снега. Моя рука вибрирует.

LittleFi: Я просто хотела сообщить тебе, что сегодня присмотрю за нашей девочкой. Не волнуйся, она веселится. Увидимся позже, сексуашка.

Этот образ возникает из ниоткуда и словно чертов кулак врезается мне прямо в горло. Мак на танцполе, ее длинные руки неуклюже размахивают в воздухе, кожа блестит от пота, а темные волосы падают на лицо, когда она улыбается - так охуенно широко - так счастливо. И какой-то хренов парнишка их студенческого братства трогает ее своими руками. Я сосредотачиваюсь на его большой ебаной ладони, прижатой к ее животу, его бедрах, трущихся о ее задницу, на том, как он обхватывает ее бедро, придерживая Мак напротив своего....

Мой крик раздается в тишине террасы, а затем следует резкий звук разбивающегося о камень стекла.

Задыхаясь, я опускаю взгляд на свою пустую руку и затем на осколки, которые когда-то были моим телефоном, а сейчас лежат примерно в двадцати футах от меня. Я даже не знаю, как его бросил.

И меня это не заботит. Каждый дюйм моего тела болит. Тупая жгучая боль, словно меня перемалывают изнутри наружу. Мое горло распухает, сжимаясь и удушая. Я моргаю, глядя на свои блестящие туфли и пытаясь разобраться, как они оказались у меня на ногах.