Фрэнк на вершине горы

— Сегодня в Ньюлине они обсуждали брачный контракт с каким-то пройдохой.

— И как, договорились? — с любопытством спросил Фрэнк. — Подписали?

— Ты… ты знаешь? — с запинкой выдохнула Камила.

— Это я посоветовал Холли адвоката, — кивнул он. Если ему и хотелось взглянуть Камиле прямо в глаза, чтобы хоть немного понять эту женщину, то Фрэнк не позволил себе этого. Во-первых, она снова была в черных очках, а во-вторых, он никогда бы не позволил себе грубости по отношению к беременной женщине. Даже если она только тем и занималась, что подличала.

— Послушай, Фрэнк, — заговорила Камила почти нежно. Смирившись с тем, что ей не удалось произвести на него впечатления, она сменила тактику. — Ты ведь не обязан это все терпеть. Пусть ты бедный и посредственный, но ведь и у тебя должна быть гордость. Хоть какая-то, пусть и самая плохонькая.

Дермот, пораженный такой бестактностью, перестал мерить длину стены и замер, не понимая, как вести себя.

Фрэнк усмехнулся.

— Переживаешь обо мне, Камила?

Она не стала смеяться или язвить в ответ. Вместо этого вдруг сорвала с лица очки и подошла вплотную, встав прямо перед ним. Бесстрашно подняла на него взгляд.

— Ты хороший человек, Фрэнк Райт, — твердо сказала Камила. — И я не позволю, чтобы о тебя вытирали ноги.

Вот тут, впервые с начала этого странного разговора, ему стало не по себе. Как будто акула ни с того ни с сего подставила спину, чтобы вытащить тебя на берег, а не отхряпать ногу.

— Давай я сделаю колыбельку, — будто со стороны услышал себя Фрэнк. — Вот увидишь, она получится очень красивой.

***

— Вы как знаете, доктор Картер, но как по мне — такого не должно быть, — заметила Аннабель.

— Определенно, нет, — согласился он, глядя на то, как жирный куст, непонятно когда проросший в его саду, выплевывает из своей зелени обглоданные косточки птицы.

Глава 24

Перебирая один наряд за другим, Мэри Лу вдруг поняла, что у нее совсем не осталось друзей. Тех, с кем так весело было бы обсудить будущее свидание и посмеяться над неловкостью Дермота, который краснел как рак, приглашая ее.

Растерянно опустившись на кровать, в завалы одежды, она прижала к груди какую-то кофточку и невидяще уставилась в зеркало на шкафу.

Как же так вышло?"

"Мэри Лу всегда была той самой милой соседской девчушкой, с которой приятно перекинуться словечком утром и потрепаться за жизнь вечером. Неужели ее обида на Эрла пустила столь ядовитые корни, что она оттолкнула от себя даже добрую Фанни, даже милого Кенни?

Ужаснувшись этому открытию, она сорвалась с места и, как была, в легком халате, слетела по лестнице вниз, пронеслась мимо угрюмого Билли Милна, листавшего газету за столиком у окна, пересекла пятачок, разделявший кофейню и магазинчик, и влетела в заваленное самыми разными товарами помещение.