Агент 013
Татьяна Сергеева снова одна: любимый муж Гри уехал на новое задание, и от него давно уже ни слуху ни духу… Только работа поможет Танечке отвлечься от ревнивых мыслей! На этот раз она отправилась домой к экстравагантной старушке Тамаре Куклиной, которую якобы медленно убивают загадочными звуками. Но когда Танюша почувствовала дурноту и своими глазами увидела мышей, толпой эвакуирующихся из квартиры, то поняла: клиентка вовсе не сумасшедшая! За плинтусом обнаружилась черная коробочка – источник ультразвуковых колебаний. Кто же подбросил ее безобидной старушке? Следы привели Танюшу на… свалку, где трудится уже не первое поколение «мусоролазов», выгодно торгующих найденными сокровищами. Но там никому даром не нужна мадам Куклина! Или Таню пытаются искусно обмануть?
– Зачем выбрасывать одежду возле своей квартиры?
– Вероятно, он не умен, – согласилась я, – или решил, что ему нечего бояться, в доме нет соседей.
– Что нам теперь делать? – осведомился Приходько. – Вау, смотри, из подъезда мужик вышел с ведром! Это же Семен!
Я живо дернула практиканта за рубашку, мы присели около деревянного Винни-Пуха и стали наблюдать за ювелиром. А тот совершенно спокойно подошел к мусорному баку, вывалил в него мусор и отправился назад.
– Значит, так, – зачастила я, – сейчас я заберу халат, шапочку и стетоскоп, доставлю их Фатиме на экспертизу, а ты следи за Хватайкой.
– Где? – задал гениальный вопрос практикант.
– Не знаю, но надеюсь, что он скоро пойдет туда и приведет на хвосте тебя, – ответила я."
"– Зачем Семену Рената? – продолжал недоумевать Приходько.
– Не знаю, – сквозь зубы пробурчала я.
– Нестыковочка, – не успокаивался Федя, – спиной чую, не связывается узел.
– Почему? – возмутилась я. – Халат в мусорке!
– Может, это его личный, – возразил Приходько.
– Здорово, – обрадовалась я, – Хватайка в нем врача изображал.
– Многие люди дома ходят в халатах, – отстаивал свою позицию Приходько.
– Белых? – хмыкнула я. – И в шапочках?
– Может, у него голова мерзнет, – уже с меньшей уверенностью вякнул Федя.
– А стетоскоп? – вопросила я.
– Давление по старинке меряет, – нашелся и тут практикант, – не электронным аппаратом, а старперским, со ртутным столбиком. Бессмысленно отдавать шмотки на экспертизу.
– Почему? – возмутилась я.
– Если на них найдут отпечатки пальцев, волосы или кожные частицы Хватайки, это будет свидетельствовать лишь об одном: он надевал халат.
– Вот за этим вещи и нужны, – терпеливо ответила я, – на них могут обнаружиться волосы Ренаты или капельки ее слюны.
– Ну ладно, – сдался Приходько. – Но вот чего я не пойму!
– Что еще? – зашипела я. – Чем твоя спина озабочена?
– Откуда Хватайка узнал, что мы повезем Ренату в клинику? – спросил Федор. – Ей стало плохо внезапно!
Я задумалась. Хороший вопрос.
– Дырявая кастрюля, – вдруг заявил практикант.
Я вынырнула из тягостных мыслей и уставилась на Федора.
– Дырявая кастрюля, – повторил тот, – не понимаешь?
– Не совсем, – ответила я, – ты жалуешься на испорченную кухонную утварь?
Федор противно хохотнул.
– Я слышал, что ты на редкость сообразительная, но, извини, пока не заметил твоей прозорливости.

















