Гарри Поттер и Принц-полукровка

Тёмный лорд приказал выполнить задание, иначе он убьёт меня. Выбора нет.

— Он не сможет тебя убить, если ты уже будешь мёртв. Переходи на верную сторону, Драко, и мы спрячем тебя лучше, чем ты можешь себе представить. Более того, я направлю к твоей матери членов Ордена, её также укроют от приспешников Волдеморта. Ни для кого не станет сюрпризом, что ты погиб, пытаясь убить меня. Уж прости, но Волдеморт, похоже, именно этого и ждёт. Да и Пожиратели смерти с охотой поверят, что мы расправились с твоей матерью, ведь они и сами так бы поступили. Люций в Азкабане — ему ничего не угрожает… А когда настанет время, мы сможем защитить и его… Переходи на верную сторону, Драко. Ты не убийца[10]…

Малфой всё смотрел на Дамблдора.

— Но я ведь уже выбрал, разве нет? — медленно проговорил он. — Все думали, что посылают меня на смерть, а я здесь… вы в моей власти… палочка у меня… всё зависит только от меня…

— Нет, Драко, — тихо возразил Дамблдор. — Сейчас всё зависит от меня, а вовсе не от тебя.

Рот Драко приоткрылся, а палочка дрожала так, что Гарри казалось, будто она вот-вот упадёт."

"Но тут по лестнице загремели шаги, и секунду спустя Малфой отлетел в сторону, а на площадку ворвались четверо в чёрных мантиях. Всё ещё не в силах пошевелиться, Гарри в ужасе смотрел на незнакомцев: видимо, битву внизу выиграли Пожиратели смерти. Один из них, коротышка со злобным взглядом, хрипло хихикнул.

— Дамблдор попался! — провозгласил он, обращаясь к маленькой коренастой женщине, похожей на него, словно сестра на брата. Женщина безумно улыбнулась в ответ. — Дамблдор безоружен и совсем один! Молодец, Драко, ты просто молодец!

— Добрый вечер, Амик, — невозмутимо поздоровался профессор, будто приглашал присутствовавших на чашечку чая. — Ты и Алекто привёл… Очаровательно.

— Думаешь, шуточки помогут тебе на смертном одре? — со злобной издёвкой спросила женщина.

— Шуточки? Отнюдь, это называется хорошими манерами.

— Приступай, Драко, — приказал незнакомец, стоявший к Гарри ближе всех.

Казалось, чёрная мантия мала этому огромному поджарому человеку со спутанными седыми волосами и усами; Гарри никогда не слышал такого голоса: он походил на жуткий отрывистый лай. От незнакомца разило смесью грязи, пота и, несомненно, крови. На грязных руках виднелись длинные пожелтевшие ногти.

— Фенрир, неужели ты? — удивился директор.

— Верно, — гаркнул оборотень. — Рад встрече, Дамблдор?

— Не сказал бы…

Фенрир Сероспин усмехнулся, обнажив острые клыки. По подбородку стекала кровь, оборотень ужасающе облизнулся.

— Ты ведь знаешь, как я люблю детей.

— Стало быть, теперь ты нападаешь, не дожидаясь полнолуния? — покачал головой старый волшебник.