Гарри Поттер и Принц-полукровка

Выбери Волдеморт Лонгботтома — и это у Невилла, сидящего сейчас напротив Гарри, был бы на лбу шрам-молния, а на плечах — бремя пророчества… Но так ли? Умерла бы мать Невилла, чтобы спасти его, как Лили умерла за Гарри? Скорее всего, да… Но вдруг бы ей не удалось встать между своим сыном и Волдемортом? Что же тогда — «Избранного» и вовсе бы не существовало? Место, где сейчас сидит Невилл, пустовало бы, а Гарри, у которого не было бы никакого шрама, на прощанье поцеловала бы его родная мать, а не мать Рона?

— Что с тобой, Гарри? Ты странно выглядишь, — сказал Невилл.

Гарри вздрогнул.

— Прости, я…

— Шумоплюй влез? — сочувственно спросила Луна, разглядывая Гарри сквозь громадные цветные очки.

— Да я… Кто?

— Шумоплюй. Они невидимые. Они влетают через уши и туманят мозги, — пояснила она. — Я, кажется, слышала, как один жужжал тут поблизости.

Луна хлопнула в ладоши, словно убивая невидимую моль. Гарри и Невилл посмотрели друг на друга и поскорей заговорили о квиддитче.

Погода за окнами поезда была такая же неопределённая, как и всё лето. Хогвартс-экспресс то проезжал сквозь полосы промозглого тумана, то снова выныривал на бледный солнечный свет.

Во время одного из этих светлых промежутков, когда солнце оказалось почти над головой, в купе наконец вошли Рон и Эрмиона.

— Скорей бы тележка с едой, я с голоду умираю, — тоскливо пожаловался Рон, плюхнувшись на сиденье рядом с Гарри и потирая живот. — Привет, Невилл. Привет, Луна. А знаешь что? — добавил он, повернувшись к Гарри. — Малфой свои обязанности префекта не исполняет. Сидит в купе со слитеринцами — и всё — мы его по дороге видели.

Гарри выпрямился. Нетипично для Малфоя — упускать возможность продемонстрировать свою власть префекта, которой он с таким удовольствием злоупотреблял весь прошлый год.

— И что он сделал, когда заметил вас?

— Как обычно, — Рон изобразил рукой неприличный жест. — Однако не похоже на него, правда? То есть это-то, — он повторил жест, — как раз похоже, но вот почему он не отправился издеваться над первоклашками?

— Без понятия, — сказал Гарри, но мысли его понеслись вскачь. Не говорит ли это о том, что у Малфоя в голове дела поважнее, чем доставать младших учеников?

— Возможно, ему больше понравилось в Отряде инквизиторов, — предположила Эрмиона, — и быть просто префектом теперь кажется пресновато?

— Я так не думаю, — возразил Гарри.

 — Я думаю, что…

Но прежде чем он успел изложить свою теорию, дверь купе снова отъехала в сторону, и к ним втиснулась запыхавшаяся третьеклассница."

"— Мне поручено передать это Невиллу Лонгботтому и Гарри П-Поттеру, — встретившись глазами с Гарри, девочка запнулась и покраснела. В руках она держала два свитка пергамента, перевязанные фиолетовыми ленточками.