Гарри Поттер и Тайная комната

Рон стал рассказывать, начав с того, как их отказался пропустить барьер на вокзале.

— …Так что у нас не было выбора, профессор, мы не смогли попасть на поезд.

— Почему вы не послали записку с совой? Насколько я знаю, у вас ведь есть сова? — ледяным тоном осведомилась профессор Макгонаголл у Гарри.

Гарри разинул рот. После её слов ему вдруг стало очевидно, что именно так и следовало поступить.

— Я… я не подумал…

— Это уж точно, — процедила профессор Макгонаголл.

В дверь постучали, и Злей, довольный как никогда, открыл. На пороге стоял директор Думбльдор.

Гарри похолодел. Лицо у Думбльдора было необычайно суровое. Он уставил на провинившихся пристальный взгляд поверх крючковатого носа, и Гарри неожиданно подумалось, что лучше бы их всё ещё колотила Дракучая ива.

Наступило продолжительное молчание. Потом Думбльдор произнёс:

— Расскажите, почему вы это сделали?

Лучше бы он кричал. Невыносимо было слышать такое разочарование. Почему-то Гарри не смог смотреть Думбльдору в глаза и заговорил, обращаясь к его коленям. Он рассказал абсолютно всё, кроме того, что заколдованной машиной владеет мистер Уизли, и получилось так, будто они с Роном случайно наткнулись на припаркованную недалеко от вокзала летающую машину. Он понимал, что Думбльдор обо всём догадается, но про машину тот не задал ни единого вопроса. Когда Гарри закончил свой рассказ, Думбльдор продолжал пристально смотреть на него сквозь очки.

— Ну, мы пойдём за вещами, — безнадёжно сказал Рон.

— О чём вы, Уизли? — рявкнула профессор Макгонаголл.

— Вы же нас исключаете? — пробормотал Рон.

Гарри глянул на Думбльдора.

— Не сегодня, мистер Уизли, — сказал тот. — Но я обязан донести до вас всю серьёзность вашего проступка. Мне придётся написать вашим родным. Также должен предупредить, что, если нечто подобное повторится, у меня не останется иного выбора, кроме как исключить вас.

У Злея был такой вид, будто он узнал, что Рождество отменяется навсегда. Он прочистил горло и заговорил:

— Профессор Думбльдор, эти двое нарушили Декрет о рациональных ограничениях колдовства среди несовершеннолетних, нанесли серьёзные повреждения древнему и ценному растению — вне сомнения, подобные деяния…

— Предоставим профессору Макгонаголл решать, какое наказание следует назначить этим учащимся, Злотеус, — спокойно ответил Думбльдор. — Они из её колледжа, и решение за ней. — Он повернулся к профессору Макгонаголл: — Я возвращаюсь на праздник, Минерва, мне нужно сделать кое-какие объявления. Пойдёмте, Злотеус, я заметил на столе аппетитные кремовые тарталетки — успеть бы попробовать…

Злей позволил увести себя из кабинета, напоследок метнув на Гарри и Рона взгляд, полный неприкрытой ненависти. Мальчики остались наедине с профессором Макгонаголл.