Гарри Поттер и Тайная комната

Гарри опустил глаза, и его буквально ослепили два огромных жёлтых глаза-фонаря. Перед ним стояла миссис Норрис, невероятно тощая серая кошка, полномочный представитель смотрителя Аргуса Филча в его бесконечной войне с учениками школы.

— Лучше бы тебе отсюда убраться, — забеспокоился Ник. — Филч не в духе — у него грипп, а какие-то третьеклассники случайно забрызгали лягушачьими мозгами потолок в пятом подземелье. Он всё утро отчищал и если увидит, как с тебя капает грязь…

— Это точно, — согласился Гарри и попятился от пристального взора миссис Норрис, но удрать не успел.

Филч, загадочными узами связанный со своей противной кошкой, внезапно вырвался из-за гобелена справа от Гарри. Смотритель отдувался, хрипел и отчаянно озирался: где нарушитель? Голова его была повязана клетчатым шарфом; нос необычайно побагровел.

— Грязь! — заорал он, тряся брылами, и выкатил глаза, тыча пальцем в глинистую лужу, которая натекла с квидишной формы Гарри. — Кругом грязь и пакость! С меня хватит, скажу я вам! Следуй за мной, Поттер!

Гарри обречённо помахал Почти Безголовому Нику и поплёлся за Филчем вниз, откуда пришёл, отчего грязных следов на полу стало вдвое больше.

Гарри ещё не бывал у Филча; его кабинета все старались избегать. Мрачная комната без окон освещалась одной-единственной керосиновой лампой под потолком. Вдоль стен стояли высокие деревянные картотечные шкафы; судя по надписям, в них хранились досье на всех когда-либо наказанных учеников. Фреду с Джорджем Филч отвёл отдельный ящик. Коллекция до блеска отполированных цепей и наручников висела на стене за письменным столом. Было общеизвестно, что Филч неоднократно выпрашивал у Думбльдора разрешение подвешивать провинившихся к потолку за ноги.

Филч выхватил перо из чернильницы и начал рыться в столе, отыскивая чистый пергамент.

— Навоз, — яростно бубнил он, — шкворчливые драконьи сопли… лягушачьи мозги… крысиные кишки… с меня довольно… пора им показать… где ж там бланк… ага…

Он достал большой пергаментный свиток, развернул перед собой и окунул длинное чёрное перо в чернильницу.

— Имя… Гарри Поттер. Преступление…

— Подумаешь, грязью накапал! — сказал Гарри.

— Это для тебя «подумаешь, грязью накапал» , а для меня — лишний час тяжёлой работы! — разъярился Филч. На кончике распухшего носа противно затряслась капля. — Преступление… осквернение замка… предполагаемое наказание…

Промокая нос, Филч неприятно прищурился; под его взглядом Гарри, затаив дыхание, ждал приговора.

Но как только Филч опустил перо, с потолка раздалось оглушительное «хрясь!», и керосиновая лампа заходила ходуном.

— ДРЮЗГ! — взревел Филч, в гневе от швырнув перо.