Где наша не пропадала. Книга 2
Вторая книга про бабушку Аню. Хотя… какая же она теперь бабушка? Желание старушки, загаданное на ее восьмидесятилетие, сбылось. Теперь она молода не только душой, но и телом. Вот только, оказывается для простого женского счастья, этого ой как мало.
Мало того, он не ночевал у себя. Возвращаться к отцу с такой новостью не хотелось. По голове он ее за это не погладит, даже несмотря на то, что ее вины в случившемся не было. Ну… почти не было. Ведь служанка сидит в темнице из-за того, что выполняла ее маленькую просьбу, подкрепленную небольшой брошью. По этому поводу Айлише была спокойна. Если девчонка проговорится, ей не поверят. Все же слово обычной человечки против слова благородной сиеры — ничего не стоит. А украшение она могла и украсть. На секунду замерев, девушка задумалась. Возможно, чтобы обезопасить себя, стоит о краже уже сейчас сообщить? Или поднять переполох в поиске украшения? Обдумывая эту проблему, Айлише, забывшись, зашла к себе и очнулась от резкого вопроса.
— Мне еще долго ждать? Ну? Где она?
Старик нетерпеливо смотрел на свою дочь, от чего ту опять бросило в дрожь.
— Ее вчера задержали. А так как эйра нет в замке, я не могу добиться, чтобы ее освободили.
— Ты никогда ничего не можешь, разве что все портить, — презрение опять сочилось со всех слов отца, заставляя его дочь чувствовать себя никчемной безмозглой дуррой. — Я тебе подобрал такого мужика: сильного, богатого и, что важно, одинокого и ни с кем не связанного.
Эйр Эйранат все же был на празднике и как всегда не просто все видел, но и догадался кто виновен в произошедшем небольшом казусе.
— Ни на кого нельзя положиться. Придется опять все решать самому. Значит так, сидишь здесь тихо, занимаешься, как и положено благородной сиере и матери, воспитанием детей, при этом продолжаешь строить глазки Аркане и не высовываешься.
ГЛАВА 7
Проснулась я из-за того, что все тело затекло. И все потому, что, во-первых, лежала я в неудобной позе, во-вторых, на чем-то твердом (по-видимому, на полу своей повозки, это надо же было так набраться, чтобы до постели не доползти) и, в-третьих, Снежок, впрочем как всегда, навалился на меня всей своей тушей, из-за чего мне было жарко и я еле дышала. А еще у меня раскалывалась голова, а во рту как будто стая скунсов нагадила.
Так. Стоп. Какое мычание? Снежок — рептилия, а не корова. Он шипит, а не мычит.

















