Где наша не пропадала. Книга 2
Вторая книга про бабушку Аню. Хотя… какая же она теперь бабушка? Желание старушки, загаданное на ее восьмидесятилетие, сбылось. Теперь она молода не только душой, но и телом. Вот только, оказывается для простого женского счастья, этого ой как мало.
— Уважаемый сиер, извините не знаю как вас по имени, — в этот раз я уже обратилась к пожилому мужчине, — не хотели бы вы покинуть эту недружелюбную компанию, вместе со своей дамой? Мне кажется, ей здесь совсем не нравится.
Старик, оценив обстановку, стал быстро двигаться вдоль стены в сторону окна, подталкивая вперед все еще прячущуюся за его спиной девушку. При этом оружия своего он не опускал, продолжая направлять его на бандитов.
— Зачем ты им помогаешь? Ты же такая же, как и мы?
Один из нападающих обратился ко мне, косо поглядывая на моих зверушек.
— Э нет, дорогой.
— Ты же обычный человек, а не как эти… — кивнув в сторону вылезающей через окно парочки, бандит сдвинулся немного в сторону, но тут же испуганно замер, потому что Снежок, зашипев, приблизил к нему свое жало, на конце которого появилась зеленоватая капелька яда. Я же, поняв, что благодаря одежде ввела мародеров в заблуждение, решила уточнить, что же все-таки происходит.
— Ну и что? Что это меняет? Они вам что-то сделали?
— Они нас использовали, эксплуатировали и обкрадывали на протяжении многих тысячелетий.
Вопросительно приподняв бровь, я оценивающе оглядела всю троицу, оставшуюся в комнате, одновременно прикидывая в уме, как бы теперь уйти, чтобы эти не сразу подняли тревогу и не позвали своих дружков на помощь.
— Это вас они эксплуатировали и обкрадывали? И что с вас взять-то?
— Я не имею в виду себя лично. Я говорю обо всех людях в целом."
"— Так и чего ты решаешь за всех людей? Сами вы, судя по тебе и твоим дружкам, в жизни палец о палец не ударили, а все туда же — чужое добро делить.
— Это из-за таких как ты и тебе подобных эти… управляют нами, гребя деньги лопатами и забирая себе все самое лучшее. Платя обычным людям за их труд гроши и бросая нам объедки со своего стола.
— И чего же ты достоин? Что ты сделал хорошего или полезного, чтобы это большее получить? — брезгливо скривившись, поинтересовалась у словоохотливого головореза, не зная как отступить, чтобы спокойно уйти. Парочка, которую я спасла, уже скрылась где-то за моей спиной.
— Госпожа, пригнитесь.
Услышав приказ Врасоса, я, не задумываясь, присела, накрыв голову руками.
— Все госпожа, вставайте, нам надо уходить.

















