Змеиный гаджет

Потом девчонке надоело языком молоть, встала ногами на сиденье дивана и давай скакать, за полку руками хватается, повисает на ней, на подушки падает, на меня косится. Я мелкой дряни всегда замечания делал:

– Не прыгай, обивку испортишь.

Куда там!

Она гримасу скорчит.

– Не твое тут все! Мамино. Ты мне не отец.

В какой-то момент у супруги от воплей горло пересохло, она со столика минералку схватила, давай пить. Лиза в очередной раз подскочила, на полке повисла, спрыгнула, раздался треск. Я подумал: ножки у дивана сломались, и гаркнул:

– Сто раз говорено, диван – не батут.

Девица в истерику:

– Мама, он ругается.

Инга бутылку на пол швырнула, как завизжит:

– Не смей моего ребенка обижать! Не ты, нищий, все в дом покупал, не тебе, голодранцу, пасть разевать. Детонька, прыгай сколько хочешь, плевать на дерьмо. Только быдло, которое раз в жизни на жалкую софу три копейки скопило, потом никому не разрешает на «дорогой» покупке сидеть. А я каждый день могу интерьер менять.

Елизавета, чтобы показать мне, кто в доме хозяин, что есть силы подпрыгнула и, как обычно, на полке повисла. Снова раздался треск, дубовая конструкция вместе с каменными уродами на диван упала. Бабах! И дальше тишина!

Константин дернул головой.

– Такого никогда не ждешь. Я замер, потом кинулся полку поднимать. Еле-еле на пол сбросил. Кровь льется. Мне показалось – рекой! Стою, не знаю, что делать. «Скорую» вызывать? Когда в себя пришел, понял: Инга и Лиза обе покойницы. У девчонки череп в лепешку превратился, жене каменная фигурка острым краем сосуд пропорола, да еще ей шею сломало. Как вам такой натюрморт?

Я не ответила.

– Во-во, – кивнул Константин, – и у меня слов тогда не нашлось. Что делать? Увезти трупы, закопать? Если кто Ингу искать станет, соврать, что они с Лизой улетели на море, а потом лгать, что они решили за границей остаться. Такой план сначала возник.

– Лучше всего в такой ситуации звонить в милицию, – заметила я.

Костя потер рукой подлокотник."

"– У меня был привод. Давно это случилось, я еще как штангист выступал. Баба одна довела, я ей по морде дал, думал, легонько, а сломал челюсть. Дело закончилось миром. Денег она с меня уйму состригла, призовые все забрала. Я понятия не имел, есть где-нибудь запись о той драке или нет. Если есть, то кого заподозрят? Меня. Кто наследник? Я! Один раз Инга меня достала, я уехал. Все бросил. Она меня нашла, заюлила:

– Милый, я иногда завожусь без повода. Ты на это скидку делай, нам ведь в постели хорошо.

Константин вдруг улыбнулся.

– А и правда хорошо было. Но как только она из-под одеяла вылезет, хуже бабы нет. Днем меня по дерьму раскатывает, издевается, хамит, а утром-вечером-ночью ласкается. Словно две женщины жили в ней. Одну я любил, вторую убить был готов.