Генерал-адмирал. Книги 1-4

За счет того что в русском флоте появился новый тип кораблей — эскадренные миноносцы, или эсминцы, как теперь с моей подачи стали называть истребители миноносцев, нового проекта, которые по запасам морских мин способны были заменить два-три корабля любого другого класса, а по скорости их установки, так и вообще десять, а то и более, на броненосных крейсерах и броненосцах новых проектов более не было предусмотрено размещения морских мин и средств для их установки. Кроме того, на новых броненосцах не устанавливались торпедные аппараты и в комплект корабля уже не входили пушки Барановского.

Для десанта теперь были специальные войска — морская пехота, имеющая на вооружении артиллерию. Было еще и многое другое, что позволило сэкономить немалое по сравнению с однотипным проектом кораблей других стран водоизмещение, которое было полностью отдано для программы повышения непотопляемости. И Степан Осипович Макаров развернулся здесь не на шутку. По его расчетам выходило, что теперь, чтобы утопить русский корабль, потребуется чуть ли не вдвое больше попаданий, чем для любого другого корабля сходного водоизмещения и бронирования. Даже если его утверждение разделить на три, это все равно давало нашим кораблям солидную прибавку живучести. Ну и в-третьих, что касается артиллерии, то система управления огнем нового поколения и два дальномерных поста должны были обеспечить нашим кораблям в этой области абсолютное преимущество перед любым противником. Если, конечно, всем этим железом будет управлять обученный и мужественный экипаж. Но вот это уже было полностью в моей компетенции. И я не собирался пускать эти вопросы на самотек…

А 2 июня я запустил еще один проект, призванный слегка наполнить золотую реку, питающую другие мои проекты.

Потому что очень скоро река должна была сильно обмелеть. Ну, как только англичане захватят Трансвааль…

Все началось с того, что Канареев и Кац вошли в мой кабинет в сопровождении высокого человека с курчавыми черными волосами и смуглой кожей, что вкупе явственно свидетельствовало об его итальянских корнях. Я окинул его холодным взглядом, но он в ответ только ухмыльнулся. Что ж, нервы у него крепкие.

Это неплохо. Деловая хватка, по свидетельству Канареева и Каца, также вызывает уважение. Что же касается жадности и беспринципности… для того дела, в которое я собирался его запрячь, это, скорее, положительные качества.

— Садитесь, синьор Болло.

Итальянец молча уселся на стул напротив меня и воткнул мне в лицо бесцеремонный взгляд. Пару минут мы молча бодались взглядами, затем Болло демонстративно отвел свой, показывая, что вовсе не проиграл, а просто не видит смысла в дальнейшем соревновании.