Генерал-адмирал. Книги 1-4

Прошедшая война ясно показала: если мы действительно хотим закрепиться на Дальнем Востоке, нам требуется срочно обеспечить там себе лояльное население. Так что когда я предоставил ему разработанный мною совместно с Городековым план действий по изменению демографической ситуации на Дальнем Востоке, Николай клятвенно заверил меня, что приложит все усилия, дабы этот план был принят Государственным советом и начал воплощаться в жизнь. План включал в себя несколько пунктов, главными из которых были развертывание программы переселения в Приамурье и Приморский край по типу той, что я уже опробовал в своей «вотчине», и освобождение переселенцев от налогов на срок от пяти до десяти лет, в зависимости от региона.

На это и должна была пойти львиная доля кредита. Кроме того, там было еще много всякого — развитие железных дорог и каботажного, а также речного сообщения, строительство рудников, заводов и фабрик, но все это я собирался делать сам и на свои деньги, потому по данным вопросам прошелся вскользь, сообщив Николаю, что, ежели программа переселения будет достаточно успешной, я собираюсь щедро вложиться в Дальний Восток.

Были у меня и еще кое-какие задумки, которые я озвучил Николаю скорее этак в общем, полунамеками. Англо-бурская война наконец-то перешла в фазу, когда буры начали отступать. Пока медленно, огрызаясь, заставляя англичан платить кровью за каждую пройденную милю, но отступать. А это означало, что настала пора заняться промышленной разработкой колымского золота. Подготовленный персонал у меня уже есть — столько лет в Трансваале опыта набирался, — и «на убой» я его не оставлю.

Едва только мореплавание в Желтом и Японском морях для русских судов снова сделалось относительно безопасным, я телеграфом сообщил Граулю, что готов вывезти работников компании вместе с семьями из Лоренсу-Маркиша подальше от войны, для чего в Лоренсу-Маркиш отправлен русский пароход. Я не рассчитывал, что желающих уехать будет так уж много. Буры — упрямые домоседы, да и в конце концов, пока боевые действия велись еще на территории Капской колонии и не затронули бурские республики. Но кто-то да уедет. А среди остальных пойдут слухи о том, что русский великий князь предлагает бурам и приехавшим из Европы ойтландерам защиту и помощь. Авось кто решит переселиться и не из числа моих работников. Мне бы здесь, в Приморье и Маньчжурии, такие люди совсем не помешали. В таком окружении они будут нам, русским, первейшими союзниками."

"Всего в Санкт-Петербурге я пробыл почти две недели, кроме аудиенций у императора и наведения порядка в своих делах, плотно занимаясь еще и флотскими и армейскими вопросами.