Генерал-адмирал. Книги 1-4

И вроде не от мира сего, а как только начнешь анализировать, так просто завидки берут — мне б такую хватку…

И, свернув этот выбивший меня из колеи разговор, он отошел в сторону.

Я дождался, пока Витте исчезнет в толпе придворных, и перевел дух. Вот ведь, блин, что-то я осторожность потерял, похоже. Считаю, что уже полностью вжился, растворился на фоне местных, а стоит кому-то бросить взгляд со стороны, охватывающий, так сказать, картину сверху, во всем ее объеме, так сразу у умных людей начинают появляться вопросы.

И ведь деваться некуда. Убей бог, в ближайшее время еще больше засвечусь. На той же военной реформе. Хотя куда уж больше-то?..

Опубликованные документы произвели в военной среде эффект разорвавшейся бомбы. Основная часть генералитета немедленно начала обвинять меня в некомпетентности, волюнтаризме, заявлять, что исполнение требований, заявленных в данных документах, возможно «в достаточном объеме» только в том случае, если военный бюджет будет увеличен не менее чем в два раза.

Короче, шум стоял огромный. И только поддержка Витте помогла мне удержаться в своем кресле, после того как государя забросали пачками петиций как от отдельных заслуженных военачальников, так и от целых собраний ветеранов и групп офицеров, призывавших российского императора «спасти армию» путем избавления ее от некомпетентного руководства.

А затем разразилась настоящая буря. Потому что я заявил, что, ежели мы не можем в рамках существующего военного бюджета привести армию в должное состояние, значит, армия будет сокращена до той численности, для каковой этого военного бюджета хватит.

Ибо хорошо обученный, оснащенный и подготовленный солдат на поле боя способен заменить двоих, а то и троих слабо подготовленных. А эти трое слабо подготовленных, между прочим, обходятся казне куда дороже, чем один хорошо подготовленный, даже если на его подготовку расходуется больше средств. Вот тут-то в войсках и в обществе поднялся такой ор, что я едва не оглох. Подобных обвинений во всех смертных грехах я еще не слышал. Причем обвиняли меня в едином порыве как генералы, так и «прогрессивная» общественность, сливаясь, так сказать, в экстазе."

"Чуть погодя к этим воплям присоединили свой голос и союзники. Французы прислали делегацию поинтересоваться, что происходит и не собирается ли Россия под маркой военной реформы резко соскочить «с крючка» и выскользнуть из подготовленной ей роли основного «мальчика для битья» для набирающей силы Германии.