Генерал-адмирал. Книги 1-4

Не попусти лукавым обрушить мир православный и ввергнуть его в пучину войн и страданий. Дай нам, верным тебе, возможность воспрянуть духом. Ведь на волоске ж все висит! Если завтра меня какой-нибудь бомбист на клочки разорвет или просто сумасшедшим объявят и в дурку упекут — все посыпется. Экспедиция Тимирязева просто вымрет. Об успешной работе Мосина тоже можно будет забыть. Меня в его покровители записали, и если я помру — ему это припомнят. И Попову тоже. И Общество воспомоществования сиротам псу под хвост пойдет. Все, все, что я успел начать, всего лишь начать за эти полгода, на волоске держится.

Дай мне возможность хотя бы начать по-настоящему. Удержи руку убийц! Не дай помереть от слабости здоровья! Позволь остаться в силе и при возможностях! Не оставь удачей! Не потому прошу, что жить хочу — да наплевать на это и забыть! Дело хочу сделать! Ведь явил же ты мне высшую благодать свою, дал возможность понять, зачем я вообще на свет появился, к какой задаче меня вся жизнь готовила, так не оставь и сейчас своей милостью! А уж я справлюсь…»

Глава 7

Зал заседаний Морского технического комитета выглядел впечатляюще.

Впрочем, в это время присутственные места вообще оформляли с размахом. Не то что в мое — даже на метро уже экономят…"

"Сегодня я впервые появился в здании Военно-морского ведомства. Судя по докладам Канареева, необходимое мнение, оправдывающее мое изменившееся поведение, частью которого могло быть то, что я перестану узнавать давних знакомых или не буду поддерживать разговоры о прежних похождениях и случившихся со мной и моими знакомыми историях, уже было в общих чертах сформировано. А для того, чтобы оно сложилось окончательно, требовались уже мои собственные поступки.

Сегодняшнее заседание было вызвано необходимостью рассмотреть итоги воплощения в жизнь программы, принятой по итогам деятельности Особой комиссии под председательством великого князя Алексея Александровича, каковая комиссия, в свою очередь, была создана во исполнение решения Особого совещания, состоявшегося еще в августе 1881 года. В нем участвовали военный министр Ванновский, управляющий Морским министерством Пещуров и Гирс, руководивший Министерством иностранных дел вместо все еще числившегося тогда министром престарелого Горчакова.

А также еще некоторое количество высокопоставленных лиц. По существу, то совещание было бенефисом великого князя Алексея Романова в роли руководителя российского флота. И потому он принимал крайне деятельное участие в разработке двадцатилетней кораблестроительной программы, выполнение которой и должно было начаться с этого, 1883 года… Ну, хотя бы на начальном этапе принимал, пока не охладел и не вернулся к светским развлечениям.