Герой моих грез и кошмаров

Ладно, отложим на потом беседу по душам… Джемма, слушай меня беспрекословно, не отходи ни на шаг.

– Да, мой лорд, – вздохнула я, сердясь, что он тратит время на прописные истины.

– Я не шучу. Это незаконный аукцион, Джемма. Я обвешал тебя щитами, но предосторожность не помешает.

– Кстати, а почему бы просто не окружить особняк? Устроить облаву?

– А если мы не найдем ничего противозаконного? – спросил Алистер и с иронией добавил: – Безобидные клубы по интересам не запрещены.

– То есть ты до конца не уверен, что именно здесь состоится аукцион?

– Информатор может ошибаться. Шума в прессе и обвинений в произволе властей Элгеус не хочет. К тому же я надеюсь выкупить нужный мне артефакт до того, как он исчезнет.

Прежде чем открыть ворота, Алистер активировал ожерелье.

– Это «Роковой соблазн», легендарный артефакт не менее легендарной авантюристки.

– Я знаю, – улыбнулась чародею. – Никто не может устоять перед очарованием хозяйки этого ожерелья, ее просьбы исполняются мгновенно. С таким артефактом нас точно пропустят.

– На то и расчет.

Размахивая приглашением (черной карточкой с красной закорючкой), Алистер повел меня к особняку.

Два быстрых и два с длинными паузами удара кнокером по двери – и мы замерли, ожидая, когда нас впустят. Секунды бежали, никто не спешил приглашать в дом.

Не поняла… Нас рассекретили? Алистер не похож на хозяина приглашения? В чем причина?

Если не пускают на аукцион, приглашенный, по логике, должен возмущаться. Но как именно, если Алистер не в курсе, насколько близко знаком владелец пропуска с Жустером?

Пауза затянулась. Нужно было что-то делать. И я решилась проявить инициативу.

– Ты ошибся адресом, милый! – капризным тоном заявила я. – Никого нет в этом старом, грязном доме с пауками!

Алистер подыграл мне, с наигранной грубостью произнес:

– Пантерка моя, если я ошибся, то не видать тебе новых артефактов красоты.

Пантерка?.. Чудом не расхохоталась.

– О нет! Мой выдохся, нужен настоящий, из церигия.

– Следи за языком, пантерка, – мастерски играя раздражение, прошипел чародей. – Даже в чистом поле некоторые вещи нельзя произносить вслух.

Экспромт – ругающуюся пару – мы не планировали. Мы вообще не обсуждали тактику, как себя вести, если барон не пожелает открыть дверь. Но импровизировать получалось слаженно.

– Милый, меня достали твои наставления!

– Пантерка, веди себя тише!

Обращение Алистера смешило даже в непростой ситуации. «Пантерка»… хорошо, что не банальная «рыбка» или «кошечка».

Решив, что достаточно изображала избалованную дамочку, чтобы наблюдатели убедились, что мы безобидные гости, я использовала наш козырь.