Герой моих грез и кошмаров

Сменив имя, вернулись уже преподавателем, чтобы… убить директора?

Снулая Рыба ахнула.

– Я вернулся, чтобы разоблачить Вандура и передать в руки закона.

– И почему же вы этого не сделали? Ах да, красивая жена Вандура показалась привлекательней мести.

– Я хотел, чтобы он дал развод Айоне до разбирательства, чтобы ее имя не трепали вместе с его.

– Защита чести? Благородно. Но Вандур отказался отпускать жену. И вы, осерчав, его убили.

– Нет, он не мог! – возмутилась Айона. – Стоун не такой!

– Что ж, артефакт правды подскажет ответ. – Инспектор усмехнулся и перевел взгляд на градоначальника. – Вы, господин Грэхем…

– А я прикрывал Вандура, когда приезжала редкая проверка из столицы, – торопливо заговорил мужчина. – Сбивал с толку с помощью артефакта иллюзий, когда ходили по школе, и получал за это свой процент, каюсь. Но я Вандура не убивал, призываю в свидетели и Гармонию, и Дис!

Страшная клятва, обманувший живет недолго.

Инспектор хмыкнул и не стал ворошить грязное белье Грэхемов. Хотя куда уж больше? Всей семье и так достанется.

– Госпожа Клочек, вам тоже нелегко пришлось, – с сочувствием произнес инспектор. – Вы первая женщина на посту мага-хозяйственника в истории королевства.

– На посту магички-хозяйственника, – педантично поправила Снулая Рыба.

– Вам было сложно, ведь директор ни во что не ставил умных женщин, никогда не считался с ними…

Рыба загрустила. Нежелание окружающих признавать ее заслуги всегда было больным местом. Это и то, что она самостоятельная женщина, не хуже мужчин.

Инспектор в очередной раз махнул ключами, нечаянно светя в глаза Клочек.

– Гениальные схемы Вандура, увы, оказались не по зубам даже вам. Но это и понятно. Подобные гении рождаются раз в столетие…

– Да не был он гением! Не был! Это я! Я все придумала! – завопила Снулая Рыба, вскакивая на ноги. – Вандуру не хватило ума проводить финансовые потоки, он даже с градоначальником не мог договориться без меня! И хватит играть этой штуковиной, достали!

Господин Грэхем тяжко вздохнул и прикрыл лицо ладонью, всем видом выражая огорчение чужой глупостью.

Рыба, ослепленная возмущением, не сразу поняла, в чем созналась.

– Вы не только знали о махинациях директора, но даже их разрабатывали, став мозгом всех противозаконных схем, – подытожил признание невозмутимый инспектор.

– Я… Я не то имела в виду.

– Не отпирайтесь, госпожа Клочек, поздно. Наш настоящий криминальный гений найден, – торжественно произнес Аламейский. – Вандур написал прошение об отставке. Вы стукнули его сгоряча, узнав, что он собрался бежать с молодой женой, оставив вас разгребать последствия.

Я ожидала, что она начнет отрицать. Нет, женщина упала на стул и заплакала. Госпожа Клочек выглядела словно потухшая свеча.