Герой моих грез и кошмаров

Я сражалась за сына и проиграла?

– Ни за что не поверю, что вы, целительница, не предполагали пробуждения у сына четвертой стихии, – сварливо заявил Аламейский. – И что же мне с вами делать?

– Понять и простить? То есть отпустить? – быстро исправилась я, понимая, что не все потеряно, раз инспектор еще ничего не решил. – Обещаю: найду лучшего наставника для сына и за взорванный коттедж выплачу все до последней монетки, но немного позже.

– Привыкли отдавать долги, в том числе и чужие?

Это на что он намекает? Я опустила глаза. Надеясь, что инспектор не все успел раскопать, иначе мне будет очень стыдно.

Не дождавшись ответа, он спокойно поинтересовался:

– Если отпущу, далеко уйдете с нестабильным чародеем? Есть все предпосылки, что Оливер универсал.

То, что магия пробудилась так рано (да еще четыре стихии!), меньше чем за три года, было главным признаком. Предсказуемо, что инспектор сделал такой вывод.

И все же я решила возразить:

– В моем роду их не было, по линии отца Оливера, кажется, тоже.

– Универсалы – благословение богов, их нельзя «вывести» специально, подбирая будущему ребенку одаренных родителей, – напомнил инспектор о давно сделанных учеными выводах. – Такие чародеи – счастливая случайность.

– Упаси боги от подобного «счастья»!

Инспектор недоверчиво прищурился.

– Почему? Это слава, почет и богатство.

– И обязанности, которые мало кого сделают счастливым.

Словно слыша нашу перепалку, Оливер застонал и перевернулся на бок.

Я быстро скастовала заклинание спокойного сна, единственное, что сейчас по-настоящему необходимо маленькому чародею, у которого проснулась четвертая стихия.

– Универсал мальчик или нет, ему придется учиться в пансионе, – резко заявил Аламейский.

– Нет!

– Вы погубите ребенка.

– Я это точно сделаю, если отправлю его туда!

Аламейский не сводил с меня недовольного взгляда.

– Какая же вы упрямая, госпожа Рутшер. Делаете вид, что не замечаете опасности.

Я не собиралась первой разрывать зрительный контакт, хоть синие глаза инспектора и казались сейчас черными омутами.

– Когда нам с будущим королем было по девять лет, на каникулах довелось отправиться на охоту. Оторвавшись от сопровождения, мы наткнулись на логово серой квиры. Ни у меня, ни у принца не поднялась рука на маленькие пушистые комочки. Мы никому не рассказали о своей находке, справедливо опасаясь, что выводок уничтожат. А через год на торговом тракте стали пропадать люди. Разбойники в основном, но это не меняло дела – гибли люди. Остатки истерзанных тел указывали на стаю квир. Их и нашел отряд боевых магов, когда прочесывал местность.

– К чему вы мне это рассказали, ваше чародейство? – В душе клокотало раздражение вперемешку с горькой обидой.