Герцог-упрямец
Все друзья Эрика Маршалла, герцога Брентворта, давно погрязли в семейном счастье, – но сам он твердо намерен и дальше гордиться званием неисправимого холостяка. И уж тем более не собирается падать жертвой чар какой-то молодой особы, которая якобы имеет права на его поместье.Шотландская красавица Девина Маккаллум приехала в Лондон, чтобы просить королевской справедливости – возвращения ее семье несправедливо конфискованных земель. И самоуверенный герцог Брентворт, по ее мнению, точно не обеднеет, лишившись одного-единственного имения.Эти двое обречены возненавидеть друг друга… или познать истину старинной мудрости: от ненависти до любви – один шаг!
– Я понимаю ваше беспокойство за мою репутацию и за то, как все это выглядит, но не думаю…
– Позволь мне выразиться четко и ясно, Девина, чтобы ты услышала правду. Мне все равно, как это выглядит. Я говорю, что Брентворт проявляет к тебе мужской интерес вне зависимости от того, какие у тебя имеются притязания. – Леди Инграм встала с кресла и добавила: – Ты больше не должна путешествовать с ним в одиночку. И я не желаю слышать никаких возражений на сей счет.
Незамужняя тетушка сэра Корнелия прибыла через два дня, утром, и привезла с собой два саквояжа. В одном лежала одежда, в другом – книги. Именно этот саквояж она потребовала поставить рядом с ней в карете.
Тетушка оказалась замечательной спутницей. Мисс Инграм сосредоточивалась на чтении столь самозабвенно, что ничего вокруг не замечала.
После того как дверца кареты закрылась и дамы обменялись любезностями, они уже почти не разговаривали. Причем Девине показалось, что ее компаньонка плохо слышала. Более того, девушка начала подозревать, что старушка одной ногой уже впала в детство. Едва ли сэр Корнелий с этим согласился бы, но Девина была почти уверена в своей правоте.
Вскоре их странный разговор, если его можно так назвать, оборвался, и мисс Инграм вытащила из саквояжа одну из своих книг. В очках, сползавших на кончик носа, в чепце, скрывавшем значительную часть ее бледного морщинистого лица, она поднесла книгу поближе к падавшему из окна свету и погрузилась в мир, который, как догадывалась Девина, только и имел для нее какой-то смысл.
У Девины тоже была с собой книга, но она провела добрый час, обдумывая свой короткий визит домой. Обычно леди Инграм не казалась такой уж ярой сторонницей соблюдения приличий. Она полагала, что брачные законы следовало изменить, и считала, что на женщинах лежало слишком тяжелое бремя мужских ожиданий. Почему же она так настойчиво требовала, чтобы Девина ехала непременно с компаньонкой?
Будь это не Брентворт, а какой-нибудь другой джентльмен, разве сидела бы с ней сейчас мисс Инграм? А может, леди Инграм всего лишь хотела избавить ее от сплетен, которые могли бы распространиться, если кто-нибудь узнал об этой поездке? Но едва ли такое случится. Они уже покинули город, и теперь городские окрестности сменялись деревнями. Скоро им чаще будут встречаться овцы, а не люди.
Леди Инграм наверняка ошибалась, сказав, что Брентворт испытывал к ней интерес. Да, он поцеловал ее один раз, но лишь из сочувствия. Ну, может, не только поэтому, однако это был совсем не тот интерес, о котором говорила леди Инграм.
Мисс Инграм вдруг рассмеялась над чем-то прочитанным, а Девина подумала, что из нее получится достаточно бестолковая компаньонка.

















