Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

 — Почему Артемида не может просто отпустить небо?

— Туго же ты соображаешь, юнец, — расхохотался Атлас. — Это место, где земля впервые встретилась с небом, где Уран и Гея взрастили своих могучих детей, титанов. Небо все еще страстно стремится обнять землю. Кто-то должен поддерживать его, либо оно обрушится, в мгновение ока расплющив все горы и все живое на сотни миль кругом. Если уж ты взвалил на себя эту ношу, пощады не жди. — Атлас улыбнулся. — Если только кто-нибудь не возьмет это бремя на себя.

Он приблизился, пристально глядя на меня и Талию.

— Так вот они, лучшие из лучших — герои века? Не на что и посмотреть.

— Давай сразимся, — предложил я. — Тогда и посмотрим.

— Разве боги тебя ничему не научили? Бессмертные не могут вступать в прямую схватку со смертными. Это ниже нашего достоинства. Пусть лучше Лука сокрушит тебя.

— Значит, ты тоже трус! — отрезал я.

Глаза Атласа полыхнули ненавистью. Не без некоторого усилия он переключился на Талию.

— Что до тебя, дочь Зевса, похоже, Лука ошибался.

— Я не ошибался, — выдавил Лука. Он выглядел ужасно слабым и говорил так, словно каждое слово причиняло ему боль.

Если бы я не ненавидел его до глубины души, то, пожалуй, и пожалел бы. — Талия, ты все еще можешь присоединиться к нам. Позови Офиотавра. И он приплывет. Смотри!

Он взмахнул рукой, и рядом с нами появился пруд — обрамленный черным мрамором бассейн, достаточно большой для Офиотавра. Я живо представил себе Бесси в этом бассейне. И чем больше я думал об этом, тем отчетливее доносилось до меня мычание Бесси.

«Не думай об этом! — внезапно прозвучал в моем сознании голос Гроувера. Сработала эмпатическая связь, установившаяся между нами.

Я чувствовал его эмоции. Сатир был на грани паники. — Я теряю Бесси. Блокируй свои мысли!»

Я постарался стереть все мысли, роившиеся у меня в голове. Постарался думать о баскетболистах, скейтбордах, пирожных в магазине мамы. Обо всем, кроме Бесси.

— Талия, призови Офиотавра, — настаивал Лука, — и ты станешь могущественнее, чем боги.

— Лука… что с тобой произошло? — с болью в голосе спросила она.

— Разве ты забыла все наши разговоры? Сколько раз мы с тобой проклинали богов? Наши отцы ничего не сделали для нас. Они не могут и не должны править миром!

Талия покачала головой.

— Освободи Аннабет. Отпусти ее.

— Если ты присоединишься ко мне, — пообещал Лука. — Все не может идти по-старому. Мы трое — заодно. В борьбе за лучший мир. Пожалуйста, Талия, если ты не согласишься… — Его голос пресекся. — Это мой последний шанс. Если ты не согласишься, он найдет другой способ. Пожалуйста.

Не знаю, что он подразумевал, но в голосе его звучал неподдельный страх. Я поверил в то, что Лука в опасности. Его жизнь зависела от того, присоединится ли Талия к его делу.