Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Внезапно у Луки вырвалось ругательство.

— Этот поворот должен был быть последним! — С этими словами он скомкал карту и зашвырнул ее в угол.

— Но, сэр! — запротестовал его товарищ.

— Здесь карты не помогают, — ответил ему Лука. — Не переживай. Я сам отыщу проход.

— Сэр, правда ли, что большая группа воинов заблудилась в лабиринте?..

— Ты хотел спросить, не заблудимся ли мы? Да, это возможно. Зачем иначе, как ты думаешь, мы начали с того, что высылали одиночных разведчиков. Но поводов для беспокойства нет. Как только мы обнаружим нить, мы бросим вперед авангард.

— Но как нам удастся ее найти?

— О, Квинтус пройдет через лабиринт. — Лука нервно сплетал и расплетал пальцы. — Все, что от нас требуется, это добраться до определенной точки — до арены. Ни в одну часть лабиринта нельзя попасть, минуя ее. Потому-то нам и пришлось заключить перемирие с ее хозяином. Все, что от нас требуется, это…

— Сэр! — послышался чей-то голос из коридора позади. В комнате появился воин в греческом доспехе с факелом в руке. — Драконица обнаружила полукровку!

— Одного? — Лука нахмурился. — Он бродил по лабиринту?

— Да, сэр! Вам лучше самому взглянуть на него.

Он в соседнем помещении. Наши загнали его в угол и держат там, не давая возможности сбежать.

— Кто это?

— Не знаю. Никогда не видал его раньше.

— Нам повезло, — улыбнулся Лука. — Кронос посылает нам удачу. Этот человек нам может понадобиться. Пойдем!

Они выбежали в коридор, а я, охваченный страхом, проснулся и уставился в темноту перед собой. Полукровка, в одиночестве бродивший по лабиринту!

Прошло немало времени, прежде чем я смог заснуть снова.

* * *На следующее утро я прежде всего позаботился о том, чтобы Миссис О'Лири в достаточном количестве доставили собачьи галеты.

Затем попросил Бекендорфа присматривать за ней, он пообещал, хоть и не очень охотно. После чего я отправился на Холм полукровок и по дороге встретил Аннабет и Аргуса.

В фургоне по дороге в Нью-Йорк мы с ней мало разговаривали, да и Аргус хранил молчание. Глаза у него были разбросаны по всему телу, и, как говорили, один находился даже на кончике языка, что он очень не любил показывать.

Аннабет выглядела измученной, я даже подумал, что спалось ей, должно быть, еще хуже моего.

— Приснилось что-нибудь плохое? — нарушил я долгое молчание.

Сначала она молча покачала головой, но потом все-таки ответила:

— Послание от Эвритиона. Через Ириду.

— От Эвритиона? Что-нибудь случилось с Нико?

— Этой ночью он сбежал с ранчо и укрылся в лабиринте.

— Сбежал? Почему же Эвритион не остановил его?

— Нико исчез, когда он еще спал. Орф напал на след беглеца и выследил его до самого скотного двора. Эвритион сказал: несколько последних ночей он слышал, как Нико говорил сам с собой.