Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Я подумал, что слишком много позволил себе, но тут он опустил взгляд на мозаику и ссутулился еще больше. На карте водяной в колеснице с лангустами был совсем рядом с дворцом.

— Океан приближается, — произнес отец. — Я должен сразиться с ним.

Никогда прежде я не опасался за богов, но теперь даже представить себе не мог, как отец может сразиться с этим титаном и победить.

— Я выстою, — пообещал Посейдон. — Я не отдам мои владения. Скажи-ка мне, Перси, у тебя все еще сохранилось то, что я подарил тебе на день рождения прошлым летом?

Я кивнул и вытащил мой шнурок с бусинами по числу летних каникул, проведенных мною в Лагере полукровок.

Но с прошлого года я носил на шнурке и песчаный доллар — так за их форму называли плоских морских ежей. Отец подарил мне его на пятнадцатилетие. Он сказал: я сам пойму, когда его «потратить», но до сего дня я не представлял, что он имел в виду. Про этого ежа я знал одно: в школьный автомат по продаже кока-колы его не засунешь.

— Ну, время, — сказал отец. — Если все будет хорошо, увидимся на твоем дне рождения через неделю. И отпразднуем как следует.

Посейдон улыбнулся, и на мгновение в его глазах мелькнул прежний свет.

Потом все море перед нами потемнело, словно налетел чернильный шторм. Загремел гром, что было невозможно под водой. К нам приближалось какое-то громадное ледяное существо. Я почувствовал, как волна страха затопила армию внизу.

— Я должен принять мою настоящую божественную форму, — сказал Посейдон. — Поторопись, сынок. И удачи тебе.

Я хотел подбодрить его, обнять или что-нибудь в таком роде, но понимал, что задерживаться не стоит. Когда бог принимает свою настоящую форму, выделяется такая энергия, что любой смертный, посмотревший на него, расщепляется на молекулы.

— До свидания, отец, — выдавил я.

Потом отвернулся и призвал на помощь морские течения. Вода вокруг меня завихрилась, и я понесся на поверхность с такой скоростью, от которой любой обычный человек лопнул бы, как воздушный шарик.

Когда я оглянулся, то увидел только зеленые и синие вспышки — мой отец сражался с титаном, и само море разрывалось на части двумя армиями.

Глава третья

Я заглядываю в глаза собственной смерти

Если вы хотите быть популярным в Лагере полукровок, не возвращайтесь после задания с плохими новостями.

Не успел я выйти из океана, как все уже знали о моем прибытии. Лагерь расположен на северном берегу Лонг-Айленда, и место это заколдовано, так что большинство людей его даже не видят. Люди не появляются просто так на берегу, если только они не полубоги, боги или же самые что ни на есть настоящие заблудившиеся доставщики пиццы. (Такое случалось, но это уже другая история.)

В общем, в тот день дежурил Коннор Стоулл из домика Гермеса. Увидев меня, он так возбудился, что упал с дерева.