Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Царица Персефона с любопытством рассматривала меня. Я видел ее один раз прежде — зимой, но теперь, летом, она выглядела совершенно по-другому. У нее были роскошные черные волосы и дружелюбные карие глаза. Платье ее переливалось множеством цветов — рисунки бутонов на ткани изменялись, расцветали розы, тюльпаны, жимолость.

Женщина между ними явно приходилась Персефоне матерью — с такими же волосами и глазами, только старше и суровее. На ней было золотое платье цвета пшеничного поля, в волосы вплетены сухие стебли трав, отчего мне в голову пришла мысль о плетеной корзинке.

Я подумал, что если кто-нибудь рядом с ней чиркнет спичкой, то для нее это может плохо кончиться.

— Ага, — сказала пожилая женщина, — полукровки. Как раз то, что нам нужно.

Нико рядом со мной опустился на колено. Жаль, у меня не было моего меча — отрубил бы эту глупую башку. Но, к несчастью, Анаклузмос все еще оставался где-то в поле.

— Отец, — сказал Нико. — Я сделал, как ты просил.

— Долго же ты собирался, — буркнул Аид. — Твоя сестра сделала бы это быстрее.

Нико опустил голову. Не будь я так зол на этого маленького мерзавца, то, наверно, пожалел бы его.

Посмотрев на повелителя Царства мертвых, я спросил:

— Чего тебе надо, Аид?

— Поговорить, конечно. — Рот бога искривился в жестокой улыбке. — Разве Нико тебе не сказал?

— Значит, вся эта история выдумана и Нико заманил меня сюда, чтобы убить?

— Н-нет, я думаю, Нико искренно хотел тебе помочь. Мальчишка честен в такой же мере, в какой и несообразителен. Просто я убедил его сначала сделать небольшой крюк и доставить тебя сюда.

— Отец, — вспыхнул Нико, — ты обещал, что с Перси ничего плохого не случится! Ты сказал, что если я приведу его сюда, то ты расскажешь мне о моем прошлом — о моей матери.

Царица Персефона театрально вздохнула:

— Может быть, мы все же не будем говорить об этой женщине в моем присутствии?

— Я тебя предупреждала, дочка, — фыркнула пожилая женщина. — От этого негодяя Аида ничего хорошего ждать не приходится. А ведь ты могла выйти замуж за бога врачей или бога юристов, так нет же. Тебе захотелось полакомиться гранатом.

— Мама…

— И застрять в Царстве мертвых.

— Мама, прошу тебя…

— Сейчас уже август — ты собираешься домой, как всегда? Ты когда-нибудь вспоминаешь о своей несчастной одинокой матери?

— Деметра! — вскричал Аид.

 — Хватит! Ты все же находишься в моем доме!

— Ах, неужели? — усмехнулась Деметра. — Ты называешь эту дыру домом? Заставил мою дочь жить в этом темном сыром…

— Я тебе говорил, наверху идет война. — Аид заскрежетал зубами. — Тебе с Персефоной лучше переждать ее здесь. Здесь безопаснее.

— Прошу прощения, — вмешался я, — но если ты собираешься меня убить, то, может, лучше не тянуть с этим?

Все три бога уставились на меня.