Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

От адской гончей остались только шерсть да пыль. На меня бросились новые монстры — змеи, великаны и тельхины, но Минотавр зарычал на них, и они отступили.

— Один на один? — выкрикнул я. — Как в старые времена?

Ноздри Минотавра задрожали. Нет, ему явно не помешала бы пачка бумажных салфеток в кармане, потому что нос у него стал мокрый, красный и сопливый. Он отстегнул топор и принялся им размахивать.

На свой суровый манер типа «я тебе сейчас выпущу кишки!» — это было, наверно, красиво. Каждая из заточенных лезвий топора имела форму буквы Ω, («омега») — последней буквы греческого алфавита.

Может, потому, что его жертвы последним видели в жизни именно этот топор. Топорище было высотой с Минотавра — бронза в кожаной оплетке. Вокруг основания с каждой стороны болталось множество бус. Я вдруг понял, что это бусы из Лагеря полукровок — ожерелья, отобранные у полукровок, побежденных Минотавром.

Это меня так взбесило, что мои глаза засверкали, наверно, не слабее, чем у Минотавра. Я поднял меч. Армия монстров криками подбадривала Минотавра, но эти звуки стихли, когда я парировал его первый удар и разрубил его топор пополам — ровно между топорищами.

— Му-у? — замычал он.

— Ха! — Я с разворота нанес ему удар ногой прямо в морду.

Он пошатнулся, попытался удержать равновесие, потом наклонил голову, готовясь к атаке.

Но такой возможности я ему не предоставил. Мой меч рассек воздух — Минотавр лишился сначала одного рога, потом другого. Он попытался схватить меня. Я отскочил, успев подобрать половинку его разрубленного топора. Остальные монстры, напуганные и удивленные, молча отступили назад, образовав для нас круг. Минотавр взревел от злости.

Откровенно говоря, он никогда не был особо умен, но теперь от ненависти стал еще и неосторожен. Он бросился на меня, а я, прорвавшись через ряд дракониц, кинулся к краю моста.

Минотавр, видимо, почуял близость победы. Он решил, что я пытаюсь дать деру. Его «шестерки» оживились. У края моста я развернулся и заклинил топор в ограждении так, чтобы его лезвие встретило Минотавра. Говяжья Башка даже не сбавил скорости.

Хрусть.

Минотавр удивленно посмотрел на рукоятку топора, торчащую из его нагрудника.

— Спасибо за игру, — сказал я.

Я приподнял его за ноги и швырнул вниз с моста. Еще не успев достичь воды, он распался, снова превратившись в прах, его сущность вернулась в Тартар.

Я повернулся к армии чудовищ. Соотношение сил примерно сто девяносто девять к одному. Я сделал то, что было естественно в моем положении, — бросился в атаку.

Вам, конечно, интересно, как действовала эта самая неуязвимость: то ли я волшебным образом парировал все удары, то ли удары достигали цели, но не наносили мне вреда. Если откровенно, то я не помню.