Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Сам еще до конца не понимая, зачем все это делает, он отломал несколько веток и, вспомнив оставшуюся в гроте корзину, принялся плести из них что-то вроде мини-ковриков. Обвязав их вокруг ног, он с гордостью притопнул первыми в мире снегоступами — что было особенно круто, учитывая отсутствие в Греции снега.

Гермес сделал несколько пробных шагов по траве, затем по песку. Снегоступы оставляли после себя широкие и длинные следы, которые никак нельзя было ассоциировать с его маленькими ножками.

«Идеально, — подумал он. — Свое прикрытие я обеспечил. Осталось придумать, как быть с коровами…»

Он прошелся по лугу в своей новой обуви и вскоре смог разделить стадо, отогнав пятьдесят самых упитанных и аппетитных коров от подружек.

Их он погнал к берегу.

Оказавшись на песке, Гермес щелкнул пальцами и свистнул, привлекая к себе внимание коров. Он подождал, когда все пятьдесят повернутся к нему, встав хвостами к океану, и сказал:

— Отлично, девочки. А теперь — включаем задний ход. Задний ход!

Никогда не пытались заставить пятьдесят коров пятиться? Это не так-то просто. Гермес удерживал их внимание, посвистывая и крича что-то вроде: «Би-ип, би-ип, би-ип!», размахивая руками и направляя их к воде.

Стадо отступило на мелководье, после чего Гермес несколько ярдов гнал их на юг прямо по волнам, и лишь потом вновь вывел на сушу.

Оглянувшись, он оценил собственную предприимчивость. Все выглядело так, будто пятьдесят коров вышли из моря и присоединились к основному стаду. Никто не сможет догадаться, куда подевались недостающие коровы. Гермес не оставил ни единого следа, который бы мог к нему привести.

Он повел коров на юг по полям Греции.

Время было ночное, и Гермес был уверен, что их никто не увидит. К несчастью, именно в этот час старому смертному крестьянину Батту приспичило заняться своим виноградником. Может, его мучила бессонница, или он в принципе подрезал виноград исключительно по ночам, но когда старик увидел на дороге младенца во главе стада из пятидесяти коров, у него глаза на лоб полезли.

— Что?! — взвизгнул он. — Как?!

Гермес выдавил из себя улыбку.

— Как дела?

Он обдумал, не убить ли крестьянина. Свидетели ему были ни к чему. Но Гермес был вором, а не убийцей.

Кроме того, на его руках уже была кровь невинной черепахи.

— А я тут со своими коровами гуляю. Как тебя зовут, старик?

— Батт, — крестьянин поверить не мог, что говорит с младенцем. Может, все это ему просто снится?

— Знаешь что, Батт? — сказал Гермес. — Будет лучше, если ты забудешь, что ты сейчас видел. Если кто спросит — меня здесь никогда не было. Выполнишь мою просьбу, и я гарантирую тебе крутое благословение, как только я займу свое место на Олимпе, идет?

— Э-э… Идет."

"— Отлично.