Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Они сверкали, как сверкают волшебные предметы.

— А ведь это всего одна комната, — сказала Аннабет. — Тут, наверное, сотни таких кладовых с сокровищами.

— Это все не имеет значения! — отрезала Силена. — Мы должны найти Чарли.

Первый раз в жизни вижу, что дочь Афродиты не интересуют драгоценности!"

"Мы продолжали пробираться вперед. Еще двадцать футов — и мы попали в пещеру, где так ужасно воняло, что мне пришлось зажать нос. Тут, словно песчаные дюны, были навалены объедки — кости, куски гнилого мяса, даже остатки обедов из лагеря. Я думаю, муравьи наведывались в нашу мусорную яму и воровали оттуда недоеденную пищу.

У основания одной из таких куч мы увидели Бекендорфа, который пытался подняться на ноги. Выглядел он ужасно отчасти и потому, что его камуфляжные доспехи имели теперь цвет помоев.

— Чарли! — Силена подбежала к нему и попыталась помочь встать.

— Слава богам, — слабо улыбнулся он. — У меня… ноги парализованы.

— Это пройдет, — сказала Аннабет. — Но мы должны вытащить тебя отсюда. Перси, бери его с другой стороны.

Мы с Силеной подняли Бекендорфа, и вчетвером тронулись в обратный путь по туннелям.

Издалека до меня доносились звуки битвы — металлический треск, рев пламени, я слышал, как огрызались и плевались муравьи.

— Что там происходит? — спросил Бекендорф. Мышцы его напряглись. — Дракон! Неужели вы реактивировали его?

— Боюсь, что так, — отозвался я. — Похоже, другого выхода у нас не было.

— Но нельзя просто так запустить автоматон. Нужно ведь откалибровать двигатель, провести диагностику… Иначе кто знает, что он тут наделает. Нам нужно поскорее выбраться отсюда!

Но оказалось, что нам никуда не нужно выбираться, потому что дракон сам пришел к нам.

Мы пытались вспомнить, какой из туннелей ведет к выходу, когда весь муравейник взорвался, забросав нас землей. Внезапно мы оказались под открытым небом. Дракон был прямо над нами, он метался туда-сюда, растаптывая муравейник и пытаясь стряхнуть с себя мирмеков, облепивших все его тело.

— Вперед! — закричал я.

Мы стряхнули с себя комья и выбрались на склон муравейника, таща за собой Бекендорфа.

Наш друг дракон попал в переделку.

Мирмеки вгрызались в сочленения на его броне, заплевывали тело автоматона кислотой. Дракон топал ногами, щелкал челюстями, но долго ему было не продержаться. От бронзовой шкуры поднимался пар.

Но еще хуже — несколько муравьев набросились на нас. Я так думаю, им не понравилось, что мы умыкнули у них обед. Я ударил клинком одного — и у него отскочила голова. Аннабет рубанула другого, удар пришелся точно между усиками. Когда лезвие из небесной бронзы пронзило муравьиный панцирь, муравей испарился.