Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

— Прежде чем я спущусь, — девушка повысила голос, надеясь, что его разнесет по полю, — объясните мне кое-что. Если вы духи зерна, то разве вы не должны быть на стороне богов? Разве богиня земледелия и плодородия Церера…

— Дрянное имя! — завопил Ячмень.

— Она окультуривает нас! — брызгая слюной, воскликнул Сорго. — Заставляет нас расти правильными рядами! Позволяет людям пожинать нас. Тьфу! Когда Гея снова станет хозяйкой мира, мы будем расти, как захотим! Да!

— Ну да, конечно… И значит, эта ее армия, куда вы меня несете в обмен на пшено…

— Или ячмень, — предложил Ячмень.

— Да, — согласилась Хейзел. — Эта армия — она где сейчас находится?

— За горным хребтом. — Сорго возбужденно хлопнул в ладоши. — Да, мать-земля, она сказала нам: «Ищите дочь Плутона, которая ожила. Найдите ее! Приведите ее ко мне живой! У меня для нее припасено много пыток». Нас вознаградит за тебя гигант Полибот! И потом мы отправимся на юг и уничтожим римлян. Нас нельзя убить. Но тебя можно.

— Замечательно! — Хейзел попыталась подпустить воодушевления в свой голос, что было нелегко, когда она узнала, что Гея заготовила для нее особую месть.

 — Значит, вас невозможно убить, потому что Алкионей захватил в плен Смерть?

— Именно!

— И держит, заковав в цепи, на Аляске. Так, постойте, как же называется это место?

Сорго начал было отвечать, но Пшено налетел на него и сбил с ног. Карпои затеяли драку, превратившись в воронкообразные зерновые облака. Хейзел уже подумывала, не броситься ли ей наутек, но тут из облака возник Пшено, борцовским приемом удерживающий Сорго за шею."

"— Прекратить! — закричал остальным духам Пшено. — Многозерновые драки запрещены!

Карпои снова преобразились в пухлощеких ангелочков-пираний.

Пшено оттолкнул в сторону Сорго.

— Ишь ты, какая умненькая полукровка, — сказал он. — Пытаешься выведать у нас секреты! Нет, тебе никогда не найти логова Алкионея.

— Я и без того знаю, где оно. — Хейзел с напускной уверенностью пожала плечами. — На острове, в заливе Воскресения.

— Ха! — ухмыльнулся Пшено. — Это место давным-давно ушло под воду. Уж ты-то должна была бы знать! Гея тебя за это ненавидит. Когда ты нарушила ее планы, она была вынуждена снова погрузиться в сон.

На долгие десятилетия. Алкионей смог восстать только с наступлением темных времен.

— Восьмидесятые годы, — подтвердил Ячмень. — Ужасно! Ужасно!

— Да, — сказал Пшено. — А наша хозяйка все еще спит. Алкионей на этот раз был вынужден спрятаться на севере, он ждет, планирует. И теперь Гея начинает пробуждаться. Но она помнит тебя. И ее сын тоже помнит!

Сорго радостно захихикал.

— И тебе никогда не найти тюрьму Танатоса. Вся Аляска — дом гиганта. Он может прятать Смерть где угодно.