Герцогиня Чёрной Башни. Хроники Паэтты. Книга II

Хотя это всё-таки было несколько странно – командир армии, лично допрашивающий дезертиров.

– Я уже знаю, что ваш полк погиб в схватке с гомункулами, – начал Шэндор.

– С вашего позволения, господин генерал, я думаю, что официально пока уместнее использовать формулировку «пропавшие без вести», – проговорил Брайк. – Формально я не видел гибели большинства солдат, равно как и самого полковника Жокко.

– Но сами-то вы как считаете – удалось ли им выжить?

– Я думаю – вряд ли, господин полковник, – нахмурившись, ответил Брайк.

– Ну тогда не будем пока придираться к формулировкам.

Оставим это канцеляристам. Пожалуйста, расскажите максимально подробно о вашей встрече с вражескими войсками. Как они сражались, об их тактике, способах ведения боя… Всё, что сочтёте нужным сообщить.

Брайк так и поступил. Он отметил все вещи, поразившие его в той встрече с гомункулами, которых он считал вялыми и мало приспособленными к бою. Особо отметил лейтенант хитрость и скрытность ловушки, которую тондронцы устроили полку. Штабные офицеры всё больше хмурились, слушая доклад.

– Насколько я знаю, ваш полк отличился в сражении у Синицы? – задал новый вопрос Шэндор, когда Брайк закончил.

– Но позвольте, господин генерал! – неожиданно встрял крон-капитан. – Разрешите напомнить, что против лейтенанта возведены тяжкие обвинения, за которые ему может грозить смертная казнь. Не лучше ли…

Все присутствующие в комнате с изумлением взирали на расшитого золотом юнца. Казалось, возникни сейчас здесь сам Гурр, никто из них не удивился бы больше. Такое вопиющее нарушение субординации казалось совершенно неслыханным. Вероятно, в крон-кавалерии к воинским званиям других частей относились с куда меньшим пиететом, чем к дворянским титулам, а генерал Шэндор, как было известно всем, был сыном рыбака.

Судя по всему, этот факт казался капитану вполне достаточным, чтобы вести себя почти по-хозяйски, словно перед своими вассалами. Однако у генерала были свои соображения на этот счёт.

– Будет лучше, если вы замолчите, господин капитан! – Шэндор вроде бы обратился к кавалеристу на «вы», и не забыл добавить слово «господин», однако произнёс это таким тоном, что щёголь внезапно почувствовал себя оплёванным. – Я уже выслушал вашу кляузу на господина майора, и у меня нет никакого желания тратить своё время на вторую.

Прошу вас покинуть заседание штаба – вещи, о которых тут будет говориться, вас совершенно не касаются.

– Но… – вероятно, крон-капитан был туповат, или же свято верил в своё превосходство, однако, он, похоже, не уловил той грани, которую нельзя переходить.

– Пошёл вон, сопляк! – рявкнул Шэндор так, что зазвенели стаканы, стоящие на краешке стола. – Не то я прикажу выпороть тебя пряжкой от ремня!"

"Капитан стал пунцовым.