Герцогиня Чёрной Башни. Хроники Паэтты. Книга II

При этом Солана сделала вид, что потеряла равновесие, поэтому всем своим тщедушным тельцем почти упала на южанина. Тут же её проворные пальцы, словно лёгкие змейки, заскользили в тот самый карман, куда, как она сама видела, толстяк убрал кошелёк. Она уже почти достигла цели, когда кажущиеся стальными пальцы до боли сжали её запястье.

– А теперь назови хоть одну причину, почему я не должен сломать тебе руку, – прошипел южанин ей прямо в лицо.

Глава 45. Шинтан

Хмурый рассвет нехотя вытягивал очертания прибрежных домов из холодного ночного мрака. Увы, начинающийся день был не менее холодным и промозглым чем ночь – то и дело начинал падать мокрый снег, быстро превращавшийся под ногами в грязное месиво.

Каладиус был в скверном расположении духа, что выражалось в непрестанном брюзжании.

Великий маг был недоволен решительно всем – ранним часом отъезда, хотя назначил его именно он, собачьим холодом, необходимостью ждать слегка опоздавшего Бина… Так что сейчас все шли в полном молчании, стараясь никак не потревожить волшебника и не вызвать очередную порцию ворчания.

Фелука уже поджидала их.

Капитан, который получил весьма щедрую плату, ждал пассажиров на берегу, так и светясь от усердия. Каладиус предсказуемо хмуро ответил на его приветствия и тут же скрылся в каюте – досыпать, как он сам выразился. Остальные остались на палубе, наблюдая, как медленно проплывают мимо дома и причалы.

Бин очень надеялся, что это – последнее его путешествие, и что затем он вернётся (хорошо бы ещё и с Мэйлинн) обратно к родным, чтобы больше никогда с ними не расставаться. Палатийцы думали о том, что вскоре им предстоит вернуться в армию, чтобы освобождать свою землю от врага.

На лице Варана застыла какая-то полуулыбка – кажется, он всё ещё не переставал наслаждаться внезапным действием, пришедшим на смену затянувшейся скуке.

Каладиус вышел из каюты спустя пару часов, плотно закутанный в меховой плащ. Теперь, когда дальнейшее передвижение от него временно не зависело, он мог вновь позволить себе быть прежним гедонистом, волею жестокой судьбы оказавшемся в столь неуютном месте. Он продолжал ворчать что-то себе под нос, но теперь это уже больше походило на отрабатывание давно заученного номера – словом, он ворчал потому, что должен был ворчать.

Но даже робевший поначалу шкипер очень быстро почувствовал фальшь в этой преувеличенной мрачности, поэтому вполне успокоился.

Вскоре к нему подсел Варан, соскучившийся по общению со старым магом. Поскольку Каладиус не желал выходить из образа сварливого ворчуна, мастер Теней с удовольствием принялся подыгрывать ему."

"– Какого дьявола нам приходится лезть на самый север зимой? – начал Каладиус.