Герцогство на краю

Вот-вот должны были вернуться адепты из Ригана и Марен-Кара, и мы хотели быть на месте в тот момент, когда студенты зайдут к себе в комнаты и уткнутся носами в наши креативно-продвинутые зеркала. Не зря ж мы столько мучились? Под конец я научилась виртуозно пускать по стеклу почти незаметные волны и прихотливо его выпучивать, получая просто невероятные результаты – рожи в стекле кривились и раздувались так, что смотреть на это без хохота было невозможно.

Так что мы затоптались, запереглядывались, а потом клятвенно пообещали явиться в библиотеку через час, как только закончим свои дела.

И рванули в общежитие – встречать гостей.

Затея удалась. Первыми прибыли младшеклассники. Реакция была бурной. Можно даже сказать – очень бурной. Сначала в соседней комнате завизжала Рин, а затем захохотала Лисса. В дальнем конце этажа кто-то заорал, а потом выматерился басом. Я с упоением прислушивалась к испуганным вскрикам, визгу, смеху и несущимся из-за дверей словам, которых, как считается, девочки из хороших семей и просто девочки знать не могут. У нас, как оказалось, их знали все.

С мальчишеского этажа неслись взрывы лошадиного ржанья и конский же топот.

Что там у них происходит? Сейчас спрошу Аса.

«Носятся табуном из комнаты в комнату, смотрят, как соседа перекосило, – отозвался Ас. – Сейчас к вам побегут».

В течение получаса на двух этажах творился сущий бедлам. Три десятка мальчишек и девчонок носились от зеркала к зеркалу, хохоча, как безумные. А потом кто-то сообразил, что вот-вот появятся старшеклассники из Марен-Кара и хорошо бы устроить засаду. Естественно, прямо в комнатах и, конечно, не в своих.

Лучше в девчоночьих. А самое правильное место для засады – это, безусловно, под кроватью.

Я забеспокоилась… Наша относительно невинная затея разрасталась в сумасшедший дом общешкольного масштаба. А потом махнула рукой на последствия – всё равно жалеть уже поздно – и полезла под кровать к Миире. Рядом хихикали Лисса, Корин и Винади…

Ас, вздохнув, остался в своей комнате – всё же не по чину герцогам под чужими кроватями пузом пыль вытирать.

Наконец за дверью послышались шаги, повернулась ручка.

– Сейчас посмотрю, как тут всё отремонтировали, – произнес недовольный женский голос.

Дверь хлопнула. Мы замерли. Лисса сунула кулак в рот. Винади заерзал, как кот, увидевший птичку. Я задумалась – заткнуть уши или уже не успею?

Не успела. Сначала об пол тяжело брякнулся вещевой мешок – кирпичей она, что ли, в Марен-Каре на свои десять золотых накупила? – затем раздалось недоуменно-испуганное: «А? Аа-а?! ААА!!!» – а потом раздался не вопль и не визг – а настоящий вой пожарной сирены.

– Вот это да! – восхищенно прошептал Винади.