Гиперборей

 — Как в воду глядел! Возле святых, мол, завсегда что-то такое крутится. Такое-эдакое, сам понимаешь...

— Ты к нему едешь ближе, — напомнил Рудый. — Может быть, это о тебе? А какой князь у нас, а? Орел, верно? Который деревья клюет."

"— Горяч, — согласился Асмунд, не поняв намека. — В походы никогда не берет обозы. Но ежели война в самом деле кормит сама себя — а она кормит! — то чего таскаться с запасами?

Рюрик, однако, понял громко сказанный намек, поспешно подъехал к Умиле, обнял, сказал виновато:

— Прости... Забываю обо всем, когда гнев бьет в голову.

Они объехали и эту весь, заночевали в лесу. Олег с помощью Асмунда насобирал ягод. Рудый сбил стрелами двух рябчиков. Вернулся чубатый воевода какой-то смущенный. Асмунд спросил подозрительно:

— Это все? Ничего не подстрелил?

— Да не, почему же... Козу подстрелил, — ответил Рудый вяло.

— Козу? — удивился Асмунд. — Дикую?

— Да не то чтобы уж очень дикую... Совсем диким оказался хозяин козы.

Костер разожгли покрупнее, потому что Умила часто кашляла, в груди у нее хрипело, она теперь постоянно зябла, куталась в оба плаща: свой и мужа. Олег поджег длинную сушнину, вместе с мужчинами натаскали гору сухих веток. Перед сном Рудый долго гнездился, подтыкивая шкуру со всех сторон, уже засыпая, поинтересовался:

— Скажи, мудрый волхв, что нужно, чтобы прожить сто лет? Или тысячу?

Олег подумал, ответил медленно:

— Не пей вина, пива, медовухи, не бегай по бабам, не играй в кости, не дерись...

— И проживу?

— Нет, но так покажется.

Рудый возмущенно фыркнул, укрылся с головой. Из-под шкуры донесся глухой голос:

— Пусть вам приснятся вещие сны!.. Я, правда, не люблю заглядывать в грядущее.

— Правильно делаешь, — одобрил Асмунд. — Что за радость рассматривать себя на виселице с высунутым языком?

— Вещих снов не бывает, — пробурчал Рудый из-под шкуры. — Бывают только плохие.

— Ты веришь в плохие сны? — удивился Асмунд.

— Конечно, верю, — отозвался Рудый убежденно. — С той поры, как меня сонного обокрали!

Рюрик заботливо укрыл Умилу, Игоря взял к себе на колени. Голос князя был задумчивым:

— Прошлую ночь мне приснился вещий сон, но только наполовину вещий. Мне снилось, будто я несу тяжеленный мешок золота. Несу на гору, правая рука разнылась, плечо просто онемело... Проснулся: золота нет, а плечо и правая рука в самом деле болят!

После скудного завтрака снова выехали на дорогу, почти сразу увидели густой дым вдалеке. Горела весь. Дважды Олег уводил отряд в лес: по дороге проносились конные дружинники, а позади поперек седел везли раненых и убитых.

Когда подъехали к Шаруграду, крупному городищу, еще издали заметили черные клубы дыма. Из-за бревенчатой городской стены несло гарью, слышался звон оружия, ржание испуганных коней.